Но позади никого не было, и он продолжил преследовать вепря.
Зверь вышел к небольшой поляне, окруженной плотным кольцом деревьев. Он наклонил голову, стал водить рылом по земле, выискивая червяков. Храбр смог разглядеть его поближе. Секач был здоровенным, его пожелтевшие клыки говорили о многих зимах, выпавших на его век, а шрамы от старых ран — о буйном норове. Он был старым, этот вепрь. Старым и опасным.
Храбр коснулся кинжалов, убедившись, что те легко выходят из ножен, и двинулся по кругу, намереваясь подойти к зверю с морды.
Мужчина двигался бесшумно, но ему казалось, что громкий стук его сердца заглушает все прочие звуки. Древнее охотничье чутье кричало в нем сейчас. Храбр был до крайности напряжен и собран, готов к прыжку в любой момент. К вискам прилила кровь, и ему пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы унять бурлящее внутри желание. Все его чувства были обострены до предела, и Храбр не сводил с вепря взгляда.
Шаг за шагом он обходил его, пока не оказался прямо перед мордой в нескольких десятках шагов.
Мужчина сжал кулаки, прикрыл глаза, беззвучно шепча что-то одними губами. Он погладил рукоять кинжала, готовясь.
И тут ветер сменился.
Зверь вскинул морду спустя краткое мгновение — едва до широко раздувавшихся ноздрей дошел чужой, человеческий запах. В его маленьких глазах красным отразилась ярость, и вепрь бросился вперед, продираясь сквозь бурелом и кустарник.
Беги! — приказало Храбру его чутье раньше, чем он осознал случившееся. Мужчина бросился прочь, уходя обратно по кругу.
Он не оглядывался, но слышал громкий, яростный вой вепря, и приближавшийся хруст веток, которые тот ломал. Храбр бежал и понимал, что секач вскоре его настигнет; он уже слышал его сопение за своей спиной и чувствовал доносящуюся от него вонь. Кровь бурлила в нем, а встречные сучья хлестали по лицу и телу, в клочья раздирая рубаху. Во рту пересохло, и горло обжигало огнем при каждом судорожном вдохе.
Храбр резко дернулся в сторону, уходя на поляну, и вепрь рванул за ним.
Мужчина на бегу выхватил правой рукой кинжал и повернулся навстречу зверю. Он даже не успел завершить начатый удар — настолько близко оказался секач. Храбр почувствовал, как металл входит в живую плоть, как трещат жилы, как хрустят кости его плеча — вепрь налетел на него со всего маху и сам насадился на кинжал, вывернув тем самым охотнику руку. Храбр видел перед собой разъяренные маленькие глазки, огромные клыки, разинутую в крике пасть — от него закладывало уши.
