Ты бы позволил своей жене дружить с бывшим парнем?
– Нет.
– Тогда ты понимаешь.
– Но ему не обязательно знать.
– Предлагаешь мне солгать? – я чувствую, как леденеет мой голос. Ник тоже улавливает перемену. Он перегнул.
– Прости. Иногда я не думаю, что говорю.
– Ты можешь кое-что сделать для меня?
– Все, что угодно.
– Вызови такси. Я поеду домой, – я огляделась по сторонам. Милу не видно поблизости, и, следовательно, удержать меня некому.
– Ты только что пришла, – Ник нахмурился, – Это не я тебя напугал.
– Что ты. Я бы ушла еще десять минут назад, если бы не увидела тебя, – тронув Ника за плечо, мягко улыбнулась я, – Ты хороший парень, Никита.
– Звучит, как приговор, – грустно отозвался он, набирая номер.
Я уехала через пятнадцать минут, успев одолеть еще один бокал шампанского. Мне так и не удалось расслабиться и повеселиться. Значит, я все еще не доросла до вечеринок, и совершила ошибку, решив, что кардинально изменилась, и могу влиться в общество, которого всегда избегала. Некоторые вещи и события не поддаются влиянию времени или опыта.
И, вроде бы, кто-то сказал, что мы должны учиться на своих ошибках, усваивать уроки жизни…. Так вот – это не про меня.
Мила сделала невозможное. В пятницу она снова вытащила меня из дома. На этот раз в кафе. С нами были три девушки с курса, пара парней и … Ник.
После я устроила подруге выговор. Но осадок остался. Она покаялась и сделала вид, что осознала промашку. В глубине души я понимала, чего добивается Мила. Ей не нравится Макс, и она любит своего брата.
Возможно, ею двигают благие намерения, но, если Эванс узнает об этих встречах с бывшим, мы крупно повздорим. В любом случае, страдать придется мне. Ну, как мне ей объяснить, что я люблю своего мужа? Только его. И никого кроме него. И я не хочу подрывать его доверие.
***
Макс
– Ублюдок! Урод недоделанный. Ты видела его рожу? Он смотрел на нас, словно я за подаянием приехал, а не за контрактом, который ему еще выгоднее, чем моей компании. Есть же такие мрази. И ни хрена им не делается.
Нет, ты видела? Видела, как он оглядел ресторан? Словно мы в паб за углом позвали и пиццей накормили. Я три тысячи оставил, между прочим. Даже короли так не жрут. И не толстеет недоносок. Царек местного розлива. Ненавижу ирландцев.
– Вчера ты ненавидел немцев, – с усмешкой на перламутровых губах, заметила моя секретарша.
Пока я изрыгал гнев и пламя, как огнедышащий дракон, она спокойно пила свой клубничный ликер, который заказала в номер.
