– Позволь мне, – он достал кольцо и надел мне на палец, – Лика, ты выйдешь за меня?
Зеленые глаза впились в меня, парализуя мой разум и волю. Они приказывали подчиниться. Но я не могла. Я все еще боялась.
– Почему? – вопрос вырвался сам собой.
– Потому что ты ждешь моего ребенка, потому что я люблю тебя. У меня было время подумать и понять характер моих чувств. Влюбился я в тебя давно. В нашу первую встречу. Ты так отличалась от всех девушек, которых я знал. Но тогда ты принадлежала другому. Мне пришлось смириться.
Сейчас меня можешь остановить только ты сама, но я умоляю этого не делать. Подумай. Подумай хорошенько. Не только о себе, но и о малыше.
– Малышке. Это девочка. Я назову ее София.
– Соня. Мне нравится, – кивнул Костя. Он посмотрел на кольцо на моей руке, – Я дам тебе время, чтобы осознать все, что произошло сегодня. И ты должна знать, что я счастлив, что все так сложилось. Если бы не ребенок, ты бы точно меня больше к себе не подпустила, – в глаза Константина закралась печаль.
– Это не так, – мягко сказала я, взяв его руку. Наши пальцы переплелись, и я почувствовала, как моя девочка начала толкаться. Она определенно пыталась мне что-то сказать, – Ты мне очень нравишься, и нравился раньше. И я обещаю подумать.
Я думала неделю. Костя не давил на меня, но заваливал цветами и подарками. Причем делал это, не скрываясь. Весь офис гудел о том, что я залетела от босса и собираюсь за него замуж. Конечно, в итоге я согласилась. Разве можно отказаться от такого мужчины?
Вот и я не смогла.
И ни разу не пожалела.
Немного напрягала его семья. Мать, подсевшая на успокоительные таблетки, в первую встречу с порога заявила мне, что я дура и идиотка, и закончу, как она, потому что ее сынок такой же извращенец, как и его отец. Костя не реагировал на ее оскорбления, и просто пытался быть внимательным сыном, но любую его помощь несчастная женщина воспринимала в штыки. А Джулия была еще хуже. Каждый раз, когда мы встречались, она была пьяна и сыпала ядовитыми шутками в мой адрес.
После подобных семейных сборищ, я была особенно внимательна к Косте. Как он выжил и стал нормальным человеком в подобных условиях? Мы почти не говорили о его отце. Костя всем своим видом показывал, как ему неприятна и болезненна эта тема. Однако от меня он хотел полной откровенности. И ему удалось. Костя окружил меня такой теплотой, заботой и любовью, что казалось невозможным не открыться ему.
