Узел галстука всегда был слегка ослаблен, а длинные темные волосы собраны в хвостик на затылке.
А позади всех топал Амбал – здоровенный и не обремененный интеллектом. Настоящий гигант, ростом почти в два с половиной метра, с волосатыми ручищами, бритым наголо черепом и угрюмой физиономией. Марат подозревал, что он способен без труда пробить головой бетонную стену и даже не поморщиться при этом. Амбал нес два чемодана и огромный чехол странной формы. В чехле дремало его любимое оружие – боевой молот с резной железной рукоятью, которому позавидовал бы сам Тор.
Страшно подумать, сколько могла весить эта железяка, но Амбал нес ее играючи.
Все вместе, своим мрачным видом и траурными одеяниями, они напоминали похоронную процессию. Марат Лукьянов двинулся им навстречу с широкой улыбкой.
– Как долетели, госпожа Алекса? – подобострастно спросил он.
– Отвратительно, – бросила та ему в ответ. – Вашими заботами.
– Но я… – растерялся Марат.
– Заткнись, – холодно произнесла она. – Какого дьявола у вас тут творится?!
– Цезарь и Багира мертвы…
– Без тебя знаю! Меня интересует, как случилось, что они погибли один за другим.
Ты уже нашел убийцу?
– Еще нет, но мы работаем над этим.
– Плохо работаете!
Амбал надвинулся на трясущегося от страха Очкарика и молча сунул ему в руки чемоданы. Чехол с молотом он оставил себе. Тщедушный человечек вскрикнул, как от боли, и уронил чемоданы на пол. Алекса мгновенно обернулась и смерила его подозрительным взглядом. Правая кисть Очкарика была туго перевязана эластичным бинтом.
Сквозь повязку проступили пятна крови. Марат заметил это, как только встретился с Очкариком в аэропорту, но не придал этому особого значения.
– Что с твоей рукой? – тихо спросила Алекса.
– Так… – пролепетал Очкарик. – Небольшой несчастный случай…
Алекса гневно прищурилась, затем отвернулась и направилась к выходу из аэропорта. Остальные устремились вслед за ней. Багаж, похоже, никто не собирался забирать. Марат недовольно скривился, но все же взялся за чемоданы. Они весили, наверное, тонну, хотя Амбал нес их как бумажные.
Хорошо, что машина ждала недалеко от выхода. Ругаясь про себя, Марат пошел к раздвижным дверям, Очкарик горестно вздохнул и поплелся следом.
* * *Никита молча обдумывал услышанное о «Красной сколопендре».
– Ну что, тебе это будет полезно? – спросил Михаил Сергеевич.
– Конечно, будет. Это гораздо лучше, чем ничего. – Легостаев поднялся с дивана. – Спасибо. Что ж, я, пожалуй, пойду.
– Заходи в любое время, – сказал Бердышев.
