– Согласно древнему пророчеству, погибший несколько столетий назад основатель стаи оборотней должен был возродиться в теле своего Наследника… Теперь припоминаешь?
Никита молчал, но мысли лихорадочно крутились в его голове. Он помнил. Помнил, несмотря ни на что. Самый ужасный день в его жизни. Мрачный зал. Древний гроб, заполненный золой. Женщина в черных одеждах, стоявшая над ним.
– Так что тебе некого винить в происходящем!
– Но я бы просто… исчез. Потерял свою сущность.
– А ты и так ее потеряешь! Рано или поздно, с твоего согласия или без него, я займу твое тело и поглощу твою личность.
Этого не избежать.
– Однажды уже избежал, – усмехнулся Никита.
– Но в другой раз этот номер не пройдет. В кого ты меня превратил? Некогда могущественный колдун, альфа оборотней и некромант, теперь я лишь призрак, жалкое подобие самого себя при жизни! Покорись, Никита, отдай мне тело. Впусти меня, и тогда я, быть может, буду иногда уступать тебе место.
– В моем собственном теле? Да пошел ты!
– Куда? – усмехнулся чужак.
– Я не могу уйти. Мы с тобой теперь неразделимы. Я живу в твоем разуме, а ты пользуешься остатками моей былой силы. Все эти призраки… Ты видишь их так же, как когда-то видел я. Это один из моих талантов. Признайся, ты же и сам хочешь большего?
– Единственное, чего я хочу, это чтобы ты убрался из моей головы!
– Как уже говорил, этого я не могу сделать.
– Тогда хотя бы заткнись.
* * *Никита не знал, сколько времени он провалялся в беспамятстве, общаясь с призраком, засевшим в его разуме.
Очнулся он оттого, что кто-то настойчиво и бесцеремонно ощупывал его карманы.
– Похоже, темный повелитель сегодня благоволит нам, – услышал Никита мужской голос. – Виктим сам дался в руки, и даже не придется устраивать новую охоту.
– Неслыханная удача, – добавил кто-то. – Значит, мы верно истолковали даты лунного календаря. Сегодня благоприятный день для жертвоприношения.
Жертвоприношения?! Голова раскалывалась от боли. Никита тихо застонал и попытался открыть глаза.
– Эге, очухался парнишка, – услышал он третий голос.
К горлу Легостаева тут же прижали что-то холодное и острое. Очевидно, нож. Что еще обычно прижимают к горлу, когда обшаривают твои карманы?"
"– Не дергайся, – произнес тот же голос. – Может, проживешь чуть подольше.
Никита послушно замер. Чья-то рука залезла ему под мышку и вытащила пистолет.
– О, – сказал первый. – Что у нас есть!
Никита осторожно открыл глаза.
