Стальная палуба под ногами еле ощутимо вздрагивала. Где-то слышался рёв техники, и ветерок доносил смрадное облачко выхлопных газов. Погрузка, что ли, еще идёт? Сколько же в себя эта махина вмещает народу и другого имущества.
Когда же мы закончим все эти погрузки и выйдем в море? Охота побороздить водные просторы на такой махине. Эх, еще бы сфотографироваться. Так, мечтая о всякой ерунде и глазея по сторонам, я отстоял свою вахту и сменился. Поповских так и не пришёл, зато прибежал какой-то главный корабельный старшина, отозвал с собой заместителя и куда-то его увел.
Федос вернулся, забрал с собой двоих разведчиков и снова ушёл. Оказывается, нам показали место расположения близлежащего гальюна и инструктировали по передвижению по кораблю. Дожились! Теперь в гальюн ходить только по парам и время отводится не больше трех минут. Интересно, а кормить нас здесь будут тоже по парам или мы уже и с довольствия сняты и будем потихоньку, как корабельные крыски, банки с сухпаем догрызать? Переуложив еще раз рюкзак и проверив запасы в ящиках, я откровенно заскучал: спать уже не хотелось, а безделье выматывало покруче перехода по сопкам.
Хотя бы командир пришёл, дал карты маршрутов на задачу или пояснил, что будем делать в дальнейшем. С картой хоть какое-то занятие для мозгов есть. Зря я в библиотеке от тётки убежал. Может быть, что-нибудь удалось бы с полок прихватить — я бы сейчас и «Волшебника Изумрудного Города» почитал или какой-нибудь сборник цитат Ленина."
"От скуки попёрлись парой с Зелёным в гальюн.
Не то чтобы по нужде, а просто так — развлечься, посмотреть на окрестности. Однако ничего интересного не узрели. Всё та же верхняя палуба, причал погрузки да бегающие взад-вперед матросы и морские пехотинцы. Теперь почему-то и «экипажные» бегали в касках, в спасательных жилетах и с автоматами за спиной. Куда-нибудь в сторону завернуть или подойти к планширу и посмотреть с борта так не удалось. Как только мы вышли с каюты, за нами в кильватер прицепился какой-то матрос — морской пехотинец.
Только мы направились к борту, сразу начал вопить:
— Эээ, носочники! А ну-ка, ну-ка — по маршруту рулями шевелите!..
Пришлось спуститься к гальюну по скользкому трапу. В гальюне, как и в казарме, пахло хлоркой, и стены радовали глаз обилием серой «шаровой» и черной краски.
— Прогулялись, — ворчал Зеленый, застегивая боковые пуговицы клёшей, — как на гауптвахте здесь.
— Угу, того и гляди сейчас в какую-нибудь команду по найтовке техники или погрузке попадём.
