— Свои! — радостно выдохнул перегаром дед и плюхнулся рядом с Зеленым. — Бабка, ложись и вдоль забора дуй в хату за патронами! Не вишь, помощь краснофлотцам нужна — японцы на подходе.
— Совсем, дурак старый, перепил, — обматерила бабка деда, — какие на хрен японцы?! Говорила тебе: не сыпь дикий крыжовник в медовуху!
Бабка еще раз обматерила деда и скрылась во дворе. Брехавшая до этого собака коротко тявкнула и, взвизгнув, выскочила за забор. Пес принюхался и уже вполне дружелюбно подошёл к матросам и начал непринужденно ластиться к деду.
— Совсем слаба на умишко старуха моя. Не понимает сложности международной обстановки, — пожаловался дед, вставая с травы и закидывая ружьё на плечо, — чего вы тута разлеглись, пойдёмте в летницу — медовухи попробуете, за жизнь свою военную расскажете. А то вона артиллеристы рядышком стоять, два раза всего за самогоном забягали. А щас в Николиных оврагах сидять, носа не кажут — ученья у них…
Тут Зелёный и навострил уши. Исчезнувшая батарея была, оказывается, где-то рядышком.
Деду-то невдомек, что артиллеристы, что ракетчики — одни эмблемки да фуражки с черным околышем. А нас как-никак Поповских чему-то да учил.
Пришлось вставать и, наговорив гостеприимному дедку кучу небылиц, плестись к нему во двор. Старику нужны были собеседники и собутыльники. Зеленый, делая вид, что попивает янтарный пахучий напиток, осторожно вел расспросы. Связист в это время находился в постоянном контакте с командиром. Выуженная информация у пьяного информатора тут же летела каплейту.
Командир сориентировался быстро. Николины овраги находились с другой стороны сопки, которую сейчас досматривала моя группа. Причем овраги были впечатляющих размеров и глубины, разветвлялись, словно коридоры, и с севера полностью огибали сопку. Если ехать по грунтовке, а потом по шоссе, оврагов самих было не видно — мешала стена леса и абсолютное отсутствие каких-либо съездов. Если же сперва заехать на сопку, обогнуть вершину и уйти на запад, то можно по еле заметной грунтовке спуститься сперва в первый основной овраг, от которого потом шли так называемые «коридоры».
Все это поведал моему напарнику местный житель. Через связиста Зеленый все передал каплейту, ну а тот перенацелил меня и мою подгруппу, уже сделавшую запрос на возвращение. Пришлось снова подниматься на сопку и, следуя указаниям каплейта, обходить вершину. Вскоре мы зашли на вполне хорошо наезженную колею от многоосных автомобилей и затопали гораздо быстрее, несмотря на сгустившуюся темень.
