Тем более у него черный пояс по карате, а это дорогого стоит — тоже, может, что подскажет."
"Шалин приперся с кучей кассет и выносным микрофоном. Тренировки закрутились с удвоенной силой. Шрайбикус ногами вытворял такое, что у нас рты открывались и челюсти отбивали ботинки. По совету специалиста, тренировки мы перенесли на место выступления — стадион. Пришлось тренироваться позже всех, потому что готовившиеся параллельно старшаки постоянно занимали площадку выступления. Однако с каждым раз у нас получалось все лучше и лучше.
Наши тренировки никто не видел. Даже пришлось ограничить допуск одногруппников, дабы избежать утечки информации. Клубный диск-жокей музыку нам подобрал изумительную — легкая такая роковая композиция, по ритму и по скорости отлично ложившаяся на элементы выступления. Вечером накануне выступления прогнали все еще раз, отрепетировали выход на стадион и пошли готовить форму — комбинезоны. Каким-то образом Палыч исхитрился достать четыре абсолютно новых черных танковых комбеза.
Ромбики с танками мы содрали, на их место пришили водолазные штаты, чуть где-то подушили, чуть прогладили. Форма должна быть удобной и не мешать выступлению. А с утра все закрутилось. Построения, торжественные речи, вручение ценных подарков, грамот и благодарственных писем матросам, «сходящим на берег». В строю увольняющихся стоял Дитер с напарниками и безмятежно улыбался. Вот и всё — отслужил свое старшина Болев.
Завтра сядет на самолёт и улетит к себе на Украину, погуляет немножко и восстановится в своем институте. Эх, а что же меня ждёт после службы? Абсолютно никаких планов, ничего не придумывается, да и «предстартовый мандраж» дает о себе знать.
Все роты дружным строем затопали к месту показательных выступлений. Мы побежали в казарму переодеваться.
Выступления начались, и тут нас ждало разочарование — кислое-кислое, как молодое дикое яблоко. Под музыку, выбранную нами для выступления, начали крутить свою показуху с разбиванием кирпичей и метанием подручных предметов старшаки.
Вот чёрт! Музыка, ревущая из огромных клубных колонок, сейчас всем приестся, и интерес к выступлению нашей группы будет уже не тот. Я с Зеленым начал проталкиваться сквозь толпу зрителей к помосту, на котором была установлена аппаратура.
Шрайбикус был до того занят, щелкая тумблерами звукопульта, что даже очки у него запотели.
