Отрок. Ближний круг

Все заняло не больше двух минут, Дмитрий выглянул из сруба и дал знак, что все в порядке. Мишка все-таки не удержался, свистнул Зверя и, взлетев в седло, погнал коня к срубу.

Лучников оказалось действительно двое – молодые парни лет шестнадцати; обоих взяли живыми, правда, крепенько намяв бока и разбив лица. И стрелы оказались для охоты на птицу – все, как и предполагал Мишка, только непонятно было, как с таким вооружением парни собирались воевать с полусотней латников. Спрашивать было бесполезно, да и некогда – второй десяток торопливо направился проверять остальные дома, находящиеся за пределами острога, в которых, как и следовало ожидать, никого не оказалось.

Рыбачьих лодок на берегу тоже не обнаружилось, вторая часть задания тоже, надо было понимать, была выполнена – народу успело сбежать достаточно много, кто-нибудь до боярина Журавля обязательно доберется и весть о захвате острога донесет.

Вылезший откуда-то из кустов Стерв взялся было показывать Мишке баньку, возле которой отловил «смотрящего» Иону, но неожиданно насторожился и предупредил:

– Скачут.

От болота… четверо или пятеро.

Мишка прислушался, но тут из леса вылетели пятеро всадников и загрохотали копытами коней по настилу моста. Впереди скакал воевода Корней, за ним боярин Федор и еще трое незнакомых ратников, видимо, люди Федора.

Во дворе острога висела настороженная тишина. Алексей, по-прежнему скрючившись, лежал на том же месте, где упал, над ним склонились Матвей и один из федоровских ратников.

Раненые женщины испуганной кучкой жались возле войлоков, на которых лежали и сидели раненые отроки, там же сидел и наставник Глеб, одной рукой держась за скулу – было похоже, что ему опять поплохело. Роська, сидя на крыше сарая, объяснял что-то боярину Федору, указывая в ту сторону, куда уехал дозор, а на появившихся в воротах отроков никто, казалось, не обратил внимания.

Корней, свесившись с седла над лежащим Алексеем, слушал какие-то объяснения Матвея и ратника из людей боярина Федора, потом кивнул, распрямился и, увидев Мишку, тронул коня ему навстречу.

– Господин сотник!.. – начал было доклад Мишка, но больше двух этих слов произнести так и не успел.

– Ты почему приказа ослушался?!

Чего-чего, а такого Мишка никак не ожидал и озадаченно умолк.

– Ты почему приказа ослушался?! – снова повторил, уже громче, Корней, и только сейчас Мишка понял, что дед не просто зол, а пребывает в ярости.