Отрок. Ближний круг

– Роська!!! А-а-а!!! Роська!!! – словно неведомая сила вздернула Мишку в вертикальное положение и бросила к ближайшей калитке в заборе. – Роська!!! Падлы-ы-ы!!! Ур-р-рою всех!!!

Калитка оказалась заперта. Со второго удара плечом Мишка с хрустом вывернул засов, ворвался во двор и замер, озираясь – двор был не тот! Роська свалился с крыши следующего дома. Подобно коту, преследуемому сворой собак, Мишка взвился на забор, упал с другой стороны на крышу курятника, проломил ее, под громогласное кудахтанье, сломав шесток, грянулся на землю, покрытую смесью помета и перьев, и уже с совершенно нечеловеческим рыком вышиб дверь, вырвавшись наружу в облаке перьев и в компании нескольких совершенно очумевших птиц.

Роськи не было и здесь, зато с улицы во двор как раз влезали два мужика, тащившие снятый с лошади вьюк.

– Ур-р-рою, с-скоты…

Оба мужика изумленно замерли, зато третий, вошедший вслед за ними, долго не раздумывая, перехватил поудобнее охотничью рогатину и кинулся к Мишке. Самострел был уже взведен, болт мгновенно лег на ствол, и выстрел в упор разворотил обладателю рогатины череп.

– Ур-р-рою на р-раз!

Первый метательный нож, звякнув об топор, отлетел в сторону, но откуда жителю села Отишие было знать, что это «чудо в перьях и курином дерьме» умеет метать ножи еще и левой? Мужик охнул и скрючился с острым железом в печени.

Как у него в руках оказалась рогатина, Мишка и сам не заметил. Первый удар топора удалось поймать на крестовину, потом пришлось отскакивать и уворачиваться – противник оказался умельцем и большая длинна Мишкиного оружия его ничуть не смущала.

– Хр-р-р… – прыжок в сторону. – Хр-р-р… – торопливый шаг назад, попытка ударить и снова отступление. – Хр-р-р…

Рогатина была тяжелой и неудобной, но пока выручали навыки, полученные в тренировочных боях на палках и… ярость. Противник хоть и владел инициативой, явно загоняя Мишку куда-то, но смотрел на него не без опаски. Топор еще раз удалось поймать на крестовину рогатины и ударить мужика подтоком по ноге.

Мишкин противник зашипел от боли и отступил назад, дав секундную передышку. И тут Мишка наконец увидел Роську. Тот лежал рядом с рассыпавшейся поленицей дров и даже шевелился! Живой!

– Ур-р-рою!!! – рев прозвучал прямо-таки торжествующе, словно у медведя, победившего в брачном поединке.

Действия, однако, пришли в прямое противоречие с эмоциями – снова пришлось отступать.