Отрок. Перелом

Вчерашний разговор с сыном и ночные мысли, которые так и не дали ей уснуть, придавали силы и одновременно показывали в новом свете то, что до сих пор казалось обыденным. ТАК она раньше еще не смотрела. Вот и в бане, проверяя, как холопки приготовили отвары да травяные настои для волос, лица и тела, все о том же думала. Даже вспомнила изречение древнего мудреца, что Мишаня, по своему обыкновению, привел как-то к слову: «В человеке все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли».

За этими хлопотами Анна немного успокоилась, отошла от того приступа ярости, который охватил ее, когда она поняла, с кем ей придется воплощать в жизнь свои ночные мечты.

Но, возвращаясь к девичьей, она увидела идущий от псарни десяток во главе с Машкой. Девки сегодня не брели вразнобой, как обычно, толкаясь, пересмеиваясь и переругиваясь, а изо всех сил старались подражать отрокам. Правда, держать строй и шагать в ногу у них получалось пока очень неуклюже, точнее, не получалось совершенно, но они еще издалека приметили боярыню и, чтобы не нарваться на еще большие неприятности, сейчас старались вовсю. Поравнявшись с матерью, Машка, явно пытаясь изобразить выправку и повадку брата, молодцевато скомандовала:

– Десяток, стой! Нале-во! Равняйсь! Смир-рна!

Девки под строгим взглядом наставницы добросовестно попытались замереть в неровном строю. Машка подошла к матери и отчеканила:

– Девичий десяток с утренних работ вернулся! За время работ никаких происшествий не было!

– Ну да, не было! – тут же фыркнула Анька.

Свое наказание на сегодня она уже получила и полагала, что бояться ей теперь нечего – второй раз завтрака не лишат, а обед и ужин… так далеко она не заглядывала. – Ты уж все докладывай… урядница…

Остальные, не выдержав, захихикали.

– А чего Демка дерется? – довольно своеобразно доложила надувшаяся и сразу растерявшая всю важность Машка. – По шее… ты же меня старшей назначила на сегодня? Значит, урядницей…

– По шее, значит? За что?

– Так за урядницу как раз! – затараторила неугомонная Анька.

 – Она с Прошкой спорила из-за Маньки с Полькой. Те щенков своих отпустили с поводков раньше времени, им Машка разрешила. И своего тоже спустила, говорит, им побегать хочется, а Прошка ругаться стал, что непорядок – гадить приучатся везде, надо вести выгуливать в собачий загончик. А Машка и говорит: меня мать урядницей назначила, так я лучше знаю! А тут сзади Демка подошел и дал ей по шее. Говорит, раз урядница, то и огребай за весь десяток.