Отрок. Внук сотника

 – А то я не догадался, о чем вы там шептались! Надо бы тебя, конечно… да ладно. И этих-то пристроить. Ты хоть подсчитал, сколько народу у нас теперь поселится?

– Ну, пять семей родни, сорок семей тебе на двадцать долей пришлось, еще две семьи – доля дядьки Лавра…

– Ты и впрямь спал, что ли? Лавру двойную долю дали за то, что он тайно в городище пробрался и ворота открыл!

– Значит, четыре семьи и еще одна от меня. Всего получается пятьдесят семей, то есть больше двух сотен народу. И куда же мы их всех поселим?

– Поселим… не о том думаешь! – дед слегка поморщился.

 – Где мы для них землю возьмем, чтобы пахали-сеяли? Если лес сводить, то на росчистях только на будущий год сеяться можно будет. На выселках, где раньше наши холопы жили, земли самое большее на десяток семей, да и та заросла за столько-то лет. Понял?

С пахотной землей действительно было туговато. Не то чтобы междуречье Горыни и Случи было особо густо заселено, но вся земля занята лесами и болотами. Все удобные участки рядом с селом давно заняты, недаром же деду пришлось устраивать выселки почти в пяти километрах от Ратного.

Лесных полян, которые можно распахать, не хватало, поэтому приходилось сводить лес – работа долгая и тяжелая.

– Чего примолк, Михайла?

– Да вот, деда, думаю: как дело с пахотными землями утрясти?

– К Нинее поедешь, – как о давно решенном заявил дед. – Я, конечно, могу пустующие земли и так занять, но хочу дело решить добром. Скажешь ей, что будет она с этого иметь корм и помощь во всех хозяйственных нуждах. Отошлем туда тридцать семей.

– Там же только шестнадцать домов! – удивился Мишка.

– Пятнадцать! – поправил дед. – А в шестнадцатом – самом большом – разместим Младшую стражу и воинскую школу. Туда же отправим потом станки и кузню, в которой самострелы делать будем.

– А по-другому нельзя, деда?

– Опять что-то выдумал? – дед подозрительно прищурился.

– Не сам, в книгах вычитал, но это долгий разговор, согласишься выслушать?

– Ну, если на пользу…

– Роська, – окликнул Мишка своего крестника, – сходи-ка дядьку Лавра позови.

– Слушаюсь, господин старшина.

Дед дождался, пока Роська отойдет, и подозрительно спросил:

– Зачем парня отослал?

– То, что я сказать хочу, никому знать не надо, не согласишься – забудем, согласишься – только мы с тобой будем знать. И все.

– Сейчас, только ты в сани пересядь, а то чего я тебе наверх кричать буду?

Дед с нарочитым кряхтением и охами сошел с коня и уселся в санях.

– Развел таинства, едрена-матрена… Ну рассказывай, книжник.