И тщательно готовится к своим, скажем так, акциям. Настоящий охотник – это тихий, незаметный и невидимый охотник. Пока опера будут своими клювами щелкать, зыркая по округе вострым, настороженным взглядом, он спокойно, может, даже вразвалочку, подойдет к тебе, пырнет как куренка, заберет все, что ему надо, и так же тихо-незаметно отвалит. И все.
– Но что-то ведь надо было придумать, – принялась отстаивать свою идею Алиса. – Находиться в постоянном напряжении, ожидая нападения, в эдаком непрекращающемся саспенсе, я не собираюсь.
Во-первых, это просто дико выматывает, а во-вторых, мешает спокойно, нормально сосредоточиться на работе. Да что я объясняю! – раздражилась вдруг она. – Не поддерживаешь – и ладно, что я тебя уговариваю!
– Да ладно тебе, Ёлкина, что ты кипишишь, – примирительно укорил Кедров. – Я ж не говорю, что идея никудышная, а просто описываю тебе реалии. По большому счету мысль хоть и не свежая, но в своей топорной простоте, в общем-то, неплоха. И ты права: пусть следователи поработают в этом направлении, может, что надумают, а тебя и привлекать не придется.
Он вздохнул привычно-показательно и поднялся со стула.
– Ладно, Ёлкина, пора мне, и так засиделся тут у тебя больше, чем планировал. Пойду."
"«Да иди…!» – очень хотелось напутствовать в сердцах конкретным посылом старого друга, но Алиса сдержалась, успев похвалить себя мысленно за терпение.
Проводив без лишних слов и прощаний Кедрова, она поразмышляла пару минут над выбором между «поработать» или… Решив, что «или» сегодня важнее, чем работа, да и синяк на щеке практически уже незаметен, а если его еще и «лакирнуть» макияжиком, так и вовсе ничего не видно, поспешила собраться.
И через полчаса, сложив оставшиеся порции кальмара в герметичный пищевой контейнер, вызвала такси и поехала к бабуле с дедулей в гости.
Ну, где-то там и к маме, если та снова не оккупировала квартиру Никитоса. Хотя с кем с кем, а вот с мамой встречаться Алисе совсем не хотелось: в данный момент общение с родительницей ей точно было не по тем самым нервам.
Денис ехал в родное учреждение по полупустым улицам, поражаясь данному диковинному факту: странно, вроде бы вечер воскресенья, должно быть, наоборот, все забито транспортом, а смотри ж ты, внезапное дорожное затишье. Ну и, как всякий водитель мегаполиса, порадовался этому факту, понятное дело.
Ехал и думал: чего-то подобного он от нее и ожидал.
