Кедров, буде он помянут не самым ласковым словом в любое время суток, как Алиса уже успела убедиться, снова оказался прав, когда разъяснял ей реалии: на поверку все оказалось проще, занудней, трудней, ужасно неудобно и раздражало ее до невозможности.
Алиса уже сто раз успела пожалеть, что ее осенило той идиотской мыслью о «бодром головастике» или «милой утке», как Денис называл ее инициативу, которая по всем законам жанра имела сейчас в особо извращенной форме саму инициаторшу.
Кстати, товарищ Кедров пропал без всякой вести с той их коротенькой встречи, когда слупил ее ужин и выпил ее чай в кафе, – не заходил и не звонил он со своего шифрованного номера подруге-однокласснице ни разу.
Зато вечером того же дня, когда Алиса вернулась домой, ей позвонил майор Гринец, чтобы сообщить: ее идею одобрили и завтра начинается разработка операции, в связи с чем Алисе необходимо встретиться с ним на нейтральной территории для получения инструкций.
Бли-и-ин! Вот же влипла! И когда же вся эта бодяга закончится?!
Ну постенала, поныла, пожаловалась самой себе и, взяв у начальства отгул, отправилась в парк на встречу с Гринцом.
– А это не перебор с конспирацией, Петр Федорович? – поинтересовалась недовольно Алиса, указывая рукой на окружавший их парк."
"– Нет, Алиса Юрьевна, не перебор, – строгим тоном отрезал тот. – Мы имеем дело с очень серьезным специалистом, отлично разбирающимся и владеющим возможностями современных гаджетов и IT-технологий. Очень опасно тешить себя иллюзиями, что противник недостаточно хитер, умен и дальновиден.
Лучше загодя переоценить преступника, обезопасив себя от неприятных сюрпризов.
– Я поняла, извините, – не сильно-то и покаялась Алиса, так лишь, уняла свое раздражение.
– Вы поймите, – смягчил тон Гринец, – что, как только мы начнем операцию, этот человек будет следить за вами со всем тщанием. Слушать ваши разговоры, просматривать вашу переписку в соцсетях, следить за вашими передвижениями и вообще подсматривать через все ваши гаджеты и на работе, и дома.
– Охо-хо… – тяжко вздохнула Алиса.
– Не расстраивайтесь так, Алиса Юрьевна, – подбодрил ее следователь. – Все это надолго не затянется. Мы же не уверены, что его интересует квартира, просто отрабатываем эту версию. И если за два-три дня он не клюнет на наш спектакль, значит, у него иные мотивы и цели.
– Два-три дня? – уточнила она.
– Ну, четыре максимум, – уверил Гринец.
Ну а дальше начался инструктаж и подготовка гражданки Ельской к операции.
