По-прежнему в оранжевом дурацком шарфе, с длинной сумкой и в балахонистом наряде. Он радостно бросился к Видарту, размахивая какими-то потрепанными, как и он сам, бумажками. Его красногривого друга парень благоразумно обошел по дуге, так как тот почему-то не слишком любил горе-поэта. Хотя увиделись они только пару часов назад, а раньше вроде как и не встречались. Хотя мало ли, Оскар его лица не видел. Почему-то парень старательно носил маску.
- Что случилось? - откинл волосы назад Максим.
Он тоже не был в восторге от шумного и экзальтированного Оскара. Однако общался с ним ровно и спокойно, как с маленьким ребенком. Оскар писал неплохие тексты песен, переполненные нужной для металла яростью и депрессивной меланхолией для готики. Хотя подавляющее большинство стихов парня были откровенно смехотворными. Даже сдержанного Макса пробивало ""на поржать"", когда он прочитывал нездоровые опусы, посвященные некой истеричке-заразе, несправедливости и жестокости в этом мире или картофельным клубням, как символу крестьянской земли.
- Я только что от Декста, - тут же поведал Оскар парням. - Он сказал, что сейчас будет! Вы ведь выступаете скоро.
Он покосился на человека в маске, но тот не обратил на поэта внимания, так как находился во власти недоумения и обиды. Даже общался почти адекватно. По крайней мере, до определенного момента.
- Что это? - Максим взял листы, которые протягивал ему Оскар.
- Это новая песня, - парень бросил сердитый взгляд в сторону хихикнувшего друга гота.
- Декстер сказал, что она совершенно идиотская. Но он дурак. Ничего не понимает!
- Поверь, мне не в силах его разубедить, - отозвался Видарт. Но поэт его явно не слышал.
- Я думаю, что такой тонко чувствующий человек, как ты, ее оценит. - Вещал он дальше. - Помнишь, как мы познакомились, когда ты сидел во дворе моей милой возлюбленной? Я сразу понял, что ты меня поймешь! А потом вдруг встретил тебя у Декстера на репетиции, и уверился в своих соображениях!
Макс хмыкнул и все же решил прочитать, хотя бы затем, чтобы знать, что же такое отвергло его сиятельство Декстер.
За два года он так и не изменился, и если бы не обстоятельства, гордый Декст никогда не позвонил бы ему и не попросил помощи. Приятель Видарта тоже решил посмотреть опусы. Оскар замер, с волнением прижимая руки к груди, затем решил пояснить:
- Это для моей любимой девушки.
