Он тот еще козел, да, но все равно, забудь.
- Раз ты просишь за него, то забуду, - не без труда произнёс Макс, подтвердив догадки Крис о его крайней злопамятности.
Молодой человек не сдержался, погладил ее по лицу и вновь поцеловал, причем делал это все с тем же упоенным неконтролируемым влечением. Девушка, не сомневаясь в правильности своего решения, положила обе руки на шею Видарта, а он, недолго думая, обнял ее и прижал к себе, не прерывая поцелуя.
Кристина не поняла, сколько минут они так стояли, укрытые ото всех зеленью и благословленные выглянувшим из-за туч внезапно ярким солнцем.
Она осознавала только, что дыхание Макса стало очень тяжелым и щекочущим шею.
- Поехали ко мне, - вдруг предложил он. Крис показалось, что взгляд у него стал смазанным.
- Поехали. - Согласилась она, подумав мимолетом, что все-таки знает способ убрать из него агрессию и злость. В ней проснулась поистине женская чувственность, смешанная с коварством и желанием быть любимой.
- Не пожалеешь? - уже в машине спросил Видарт у Кристины, потому что точно знал, что она понимает, зачем он позвал ее к себе.
- Не дождешься, - отозвалась Крис и потерлась щекой о его плечо.
- Просто так я тебя не выпущу, змейка.
- Я знаю, - коснулась его колена девушка. Ее неосознанно тянуло к Максу. Почему бы и нет? Она доверяет ему и любит. И хочет, чтобы он успокоился.
Макс включил, кажется, немцев ""Painbastard"", и машина резко сорвалась с места.
Он начал целовать ее вновь еще в подъезде, гладя по волосам, лицу, шее, плечам, спине и слушая, как Кристин шепчет ему то ласковые, то смешливые слова на ухо.
В коридоре квартиры Макс еще больше осмелел с поцелуями и прикосновениями, а чуть позже, видя, что Кристин не против, осторожно снял с нее кофту. Она тут же решила застесняться, и молодой человек, недолго думая, повлек ее за собой спальню, где из-за задернутых штор царил шикарный сумрак - спутник раскрепощенности.
Когда они оказались на кровати, то Макс, держа в своих ладонях ее лицо, еще раз признался ей в любви по латыни.
И сильно удивился, когда девушка ответила ему теми же словами.
- Златовласка, - опустив Кристину на лопатки, Макс навис над ней. - Только моя.
- Демон. И да, тоже мой, - улыбнулась ему девушка и заправила за его ухо длинную черную прядь, щекочущую ее скулу, а после коснулась серебряного лабрета и умудрилась провести пальцем по чуть выдающимся клыкам, которые раньше так ее настораживали.
