Оттенки страсти

– Эбьен! Моя Ундина еще прекраснее, чем всегда! Так ты любишь меня? Скажи немедленно! – Он рывком притянул ее к себе. – Скажи, да! Я требую!

– Да! Я люблю тебя, Алек! – прошептала она слеша дрожащим голоском, глядя ему прямо в глаза своими широко распахнутыми глазами. Боже, сколько страсти в его взгляде! Когда он смотрит на нее так, она готова на все, словно он владеет каким-то неведомым гипнозом.

За дверью послышался звук шагов. Кто-то спускался по лестнице. Они моментально отпрянули друг от друга.

Мона отвернулась к камину, чтобы скрыть краску смущения на лице. Алек неторопливо извлек из кармана портсигар.

– … И вот я, наконец, у вас! Устал, как собака! Промок до костей! Не дорога, а сущий ад! Воистину, это божья кара за все мои грехи! – шутливым тоном окончил он свой монолог, как только на пороге появился Питер.

Мона бросила быстрый взгляд на мужа. Как всегда, невозмутим и спокоен. Бедный! Он даже не догадывается, что она его обманывает. Обманывает собственного мужа! Мона уже готова была возненавидеть себя, но тут ее снова пронзило током.

Алек незаметно коснулся ее руки и слегка пожал ее. И она тут же забыла о муже.

Вечерняя трапеза показалась Моне мукой. Она изо всех сил пыталась оживить застольную беседу, что удавалось далеко не всегда. Всякий раз она со страхом ожидала, что Питер невозмутимым тоном произнесет очередную фразу, после чего погрузится в долгое молчание. Но стоило повиснуть паузе, и ей тут же мерещилось, что в комнате полно других голосов.

Они словно вырывались у нее изнутри, торопясь донести мужу постыдную тайну. Все эти голоса, созвучные тяжелым ударам сердца, будут кричать и кричать до тех пор, пока он не прислушается к ним. А прислушавшись, он все поймет. Алек вел себя с присущей ему непринужденностью, и лишь когда ненароком их взгляды встречались, она видела, как вспыхивают его темные глаза. К тому же за весь вечер он едва притронулся к еде.

«… Да, нам нужно новое правительство, и чем скорее, тем лучше… Ты помнишь тот старый забор вокруг площадки для выгула?… В нем есть капля арабской крови, вне всяких сомнений… Из него со временем получится отличный охотник…»

Обрывки фраз долетали до Моны, словно клочья тумана, тяжелой пеленой оседающего в низинах.

После ужина они перешли в маленькую гостиную и расселись у камина. По-родственному милая компания, если взглянуть со стороны.