Он выглядел непривычно встревоженным. В черных глазах плескалось беспокойство, а между бровей залегла глубокая складка.
– И куда мы направляемся? – мой голос сорвался, прерываясь сухим кашлем. – Решили взять меня в заложницы? Или сразу продадите работорговцам?
Кассель поморщился, словно от зубной боли:
– Никто не собирается тебя продавать.
– Да неужели? – я попыталась сесть, превозмогая головокружение. – Тогда зачем я здесь? Зачем было бить меня по голове после того, как я спасла вашего человека?!
– Алистер… погорячился, – Гай отвёл взгляд.
– Он решил, что ты можешь быть полезна.
– Полезна?! – я рассмеялась, но смех больше походил на карканье вороны. – О да, весьма полезна! Особенно с этим ошейником! Это ты на меня его надел?
– У меня не было выбора…
– Выбор есть всегда! – я резко дёрнулась вперёд, игнорируя вспышку боли в затылке. – Я помогла вам! Спасла жизнь твоему… кем он тебе приходится?
Дракон напрягся:
– Это не имеет значения.
– Имеет! Потому что я видела твоё лицо, когда он умирал! Видела твой страх! А в благодарность получила удар по голове и новые оковы!
– Послушай… – начал было Кассель, но я перебила его:
– Нет, это ты послушай! Я могла сбежать! Могла предупредить всех! А я… Чёрт…
Я упала на жёсткий матрас, скривившись.
Дура! Какая же я на самом деле дура.
– Вил… – глухо начал Гай, опустившись на край кровати. – Он мой брат.
– Твой брат? – слова застряли в горле, когда я поняла очевидное несоответствие. – Но он не…
– Не дракон, да, – тяжело выдохнул Гай, его глаза потемнели от нахлынувших воспоминаний.
– Даже не маг. Своего настоящего отца я никогда не знал. Благородный дракон… – Кассель издал горький смешок, в котором слышалась застарелая боль. – Он бросил маму ещё до моего рождения. Вил появился позже, когда она вышла замуж второй раз. Мой отчим служил на флоте, был вполне порядочным человеком. В те времена… – его голос дрогнул. – Можно сказать, что мы были счастливы.
– Были счастливы? – я не смогла сдержать скептическую усмешку.
В груди шевельнулось странное чувство – смесь недоверия и желания докопаться до правды.
– И почему я не верю ни единому твоему слову?
– По-твоему, я лгу? – прошипел Гай, и его зрачки сузились.
– Да! – выпалила я. – Человек… дракон… Ни один из них не избрал бы путь пирата, если бы действительно был счастлив! И твоя мама… О ней, думаю, тоже соврал? Решил надавить на жалость?
Лицо мужчины побагровело, словно его обожгло пламенем. Желваки заходили под кожей, выдавая едва сдерживаемую ярость.
