Да, он слишком юлит, отвечает двояко. Говорит, девчонка на него все время украдкой поглядывала, улыбалась. Даже браслет от него приняла.
Но посол боится. Этот липкий кислый запах страха я за километр учую. Его слова так же ненадежны, как подвесной мост в бурю.
Что ж, теперь ему судьба вернуться к своим с дурными вестями и без пары зубов. Я подкинул работы их знахарям.
– Что ты так прицепился к этой девчонке? – Варна приносит мне чай. – Сирота, за душой – ни гроша. В голове ветер. Вот и повелась на чужака, который и слух умаслит, и подарочек подарит.
– Замолчи, Варна, – обрываю ее, пока она снова не начала песню про то, что жена должна соответствовать мужу. – Оставь свои домыслы при себе и прекрати впустую языком молоть. Или тебе напомнить, чем ты должна заниматься?
Она горделиво вскидывает подбородок и выходит в сени:
– Спасибо бы сказал, что глаза тебе открыла. А то бы воспитывал волчат, а дракона никому передать не смог, – шипит она и хлопает дверью.
Из тех, кто был готов рассказать о том, что видел на берегу (а это были в основном женщины), до разговора дошел только один.
Остальные сослались на то, что мимоходом были там. Одни видели только Дарину. Другие – только посла.
Надо же, а ведь сначала все так горели желанием обвинить Дарину. Но обещание десяти плетей за обман сделало их не такими разговорчивыми.
Рыбак, который в одиночестве оказался передо мной, переминается из стороны в сторону и хмуро смотрит:
– Не верь, князь, этим бабским россказням, – бурчит он в бороду.
– Завидуют они все тому, что ты Дарину выбрал. Мол, ничем она не лучше них. Даже приданого нет…
– Ты, старче, ближе к делу.
– Были они на берегу, были, – говорит рыбак, а у меня опять пелена перед глазами. – Да только чужак-то он под деревом, на корнях сидел. А Дарочка-то все по бережку ходила, ракушки собирала. В легенду она все верила.
Это вызывает невеселую улыбку. Прекрасна в своей наивности: говорят, что если накануне свадьбы сделать браслет из ракушек, собранных своими руками, то воин будет непобедим.
Достаю маленький мешочек с золотыми:
– Держи. Иди домой, а завтра езжай на ярмарку. Жену порадуй, – говорю я и остаюсь снова один.
– В вещах девки ничего. Пара сарафанов да рубах. Даже из украшений только вон недоделанный браслет, – Колояр и его воины ставят передо мной три сундука с вещами Дарины.
Скромно. Я бы даже сказал бедно. И, конечно, никакого браслета, который якобы дарил посол. Зато оберег из ракушек на месте.
