А еще нужно состричь волосы…
Присмотревшись, я заметила в бороде и в волосах мужчины… вшей.
Мне просто поплохело. Полумрак пещеры не позволил рассмотреть вот этот кошмар ранее, но сейчас…
Так, Наташка, бери себя в руки! Впервые, что ли, с таким дело имеешь? Приходилось в детстве пару раз выводить даже у себя эту гадость. Это после общения с некоторой шпаной такой подарок оставался.
Но в этом мире вряд ли есть необходимые шампуни против вшей и тому подобное. Надо бы какими-то травками обзавестись…
Когда Двина и Жун с немалым трудом притащили лохань и несколько ведер теплой воды, я обратилась к старухе:
— Что вы используете от вшей?
Старуха посмотрела на меня таким взглядом, словно я спросила у нее, что такое «дезоксирибонуклеиновая кислота».
Догадавшись, что это бесполезно, поняла, что придется мужчину брить налысо. Я не собиралась столь радикально заниматься этим именно сегодня. Думала просто состричь волосы и бороду, а тут придется брить! Честно говоря, немного побаивалась реакции узника на подобное, ведь орудовать ножом рядом с потенциально неадекватным человеком казалось несколько опасным.
Эх, Наташка, засунь свои опасения куда подальше и вперед! Придется действовать крайне решительно…
Когда лохань была наполнена наполовину, я приказала найти пару полотенец, нож для бритья, мыло и комплект чистой мужской одежды.
Двина недовольно бурчала, что это слишком. Пришлось напомнить ей, что совсем недавно она лично от меня получила золотой и что недовольство может привести к потере поощрений в будущем.
Старуха мгновенно затихла и покорно отправилась за вещами, я же усмехнулась. Вот что денюжка животворящая делает: и рты затыкает, и жадность усмиряет, и силы для жизни даёт…
Когда же слуги — уставшие и измученные моими поручениями — принесли всё, что было нужно, я повелела:
— Когда разденете узника и сунете в лохань, сможете пойти и отдохнуть немного. Когда будет нужно, я вас позову.
Жун посмотрел на меня с непониманием.
— Дык… неужто вы сами-то мыть его будете? Вы же… жена хозяина…
— Ты хочешь сам этим заняться? — спросила я.
— Не хочу… — мгновенно пошел на попятную старик.
— Давай уже, не перечь… — пробубнила Двина. — Если госпоже хочется на голого грязного мужика посмотреть, то пущай смотрит…
Я фыркнула. Двина не была бы Двиной, если бы не высказала какую-нибудь гадость.
Не стала на это отвечать.
