Отвергнутый наследник

 – Чтобы окончить школу, ты должен пройти определенные предметы, Истон. Здесь только один языковой курс, а тебе в этом семестре нужно два. И ты выбрал государственное управление! Оно было у тебя в прошлом году! Почему они разрешили тебе снова посещать его?

– Я соглашусь с твоей теорией: вероятно, они были под кайфом.

Элла припечатывает лист бумаги к моей груди.

– Это расписание Хартли Райт, да?

– Да, и что? – Это не такой уж секрет, на прошлой неделе я уже всем рассказал, почему буду ходить на другие предметы.

– Значит, ты не собираешься оставлять ее в покое?

– Никак нет.

– Но… она же яснее ясного дала понять, что не хочет встречаться с тобой.

– Я знаю, и это меня абсолютно устраивает. Мы с ней лучшие друзья, Элла. Так что ни о чем не волнуйся.

Но Эллу ничем не пронять.

– Что ты задумал?

– Ничего дурного, сестренка. – Я закидываю руку ей на плечо.

Она вздыхает.

– У меня плохое предчувствие.

Ее скептицизм уже начинает меня раздражать."

"– Почему? Неужели так трудно поверить, что я не сделаю Хартли ничего плохого?

– Да, трудно.

Ты знаешь, как сильно я люблю тебя, Истон, но… ты принимаешь решения, руководствуясь лишь своими чувствами, а не чувствами других.

– Да ладно тебе. Я не настолько плохой, – отшучиваюсь я.

Но Элла в ударе.

– Так все отрицаешь? Отрицаешь, что спал с девушками своих братьев? Что однажды рассказал мне…

Обидевшись, я убираю руку с ее плеча и замедляю шаг.

– Я нассал тебе в кашу этим утром? С чего ты накинулась на меня?

– С того, что я переживаю за тебя. Когда ты причиняешь боль другим, это оставляет шрамы и в твоем сердце.

 – Выражение ее лица смягчается. – Я хочу, чтобы ты был счастлив. А Хартли, кажется, не сделает тебя счастливым.

– Знаешь, может, ты будешь заниматься своими делами и переживать о том, хранит ли тебе верность Рид в своем колледже? – огрызаюсь я.

И злость тут же сменяется сожалением, когда я замечаю обиду на лице Эллы.

– Черт, прости. Говорить так – настоящее свинство. Рид боготворит даже землю, по которой ступает твоя маленькая ножка.

 – Я ерошу ей волосы. – Но, слушай, я серьезно. У нас с Хартли все нормально. Ей нужен друг, и по какой-то мне самому неведомой причине я хочу быть этим другом. Я не собираюсь причинять ей боль, и она не собирается причинять боль мне.

Но Эллу это не убеждает.

– Как скажешь.

– Ну что, мир?

Элла кивает мне и обнимает рукой за талию.

– Я хочу, чтобы ты был счастлив, – говорит она, уткнувшись мне в грудь.

– Я уже счастлив, – отвечаю я и спешу сбежать в свой класс.