Ответный прием

– Думаете, у него были проблемы с потенцией? – спросил Казанец.

– Вот и нет. С проститутками у него стоял как надо, – голос Анджелы приобрел нотки горечи. – Сама видела, как они обслуживали его здесь, за углом.

– Почему он не водил проституток к себе? – удивился Казанец.

– К себе он вообще никого не пускал, а почему не знаю.

– Как вы отреагировали на его отказ? – перевел тему разговора Казанец.

– Никак. Сказала, что ни на что и не рассчитывала. А что мне еще оставалось? Выглядеть дурой? – Анджела тяжело вздохнула.

– Поэтому вы не позволили ему пробраться в дом через ваше окно, когда двор наводнили полицейские?

Казанец старался, чтобы вопрос прозвучал непринужденно, но Анджела все равно насторожилась.

– Откуда вы знаете? – с некоторым вызовом спросила она.

– Работа у нас такая – все знать, – туманно ответил Казанец.

– Да, поэтому. Для жизни я ему не подхожу, а как через мои окна сигать, так сгодилась? Нет уж, я себе цену знаю!

– Помните, о чем Хьюз с полицейским говорил?

– Который его за какого-то старого приятеля принял? Помню, только там разговора-то было на полцента.

– А поподробнее, – попросил Казанец.

– Коп спросил Хьюза, не встречались ли они раньше. Тот ответил отказом, сказал: никогда не встречались. Коп сказал что-то вроде «не в этой жизни» или «не в этом мире», но Хьюз все равно не признался.

– Хотите сказать, на самом деле Хьюз его знал?

– Сто процентов. Он, когда его увидел, побелел весь и произнес что-то странное, не на английском. Я спросила потом, когда коп ушел, что это он говорил, а он: это стих гениального поэта. И что-то про то, что всем приходится платить дань за свои безумства. Я хотела узнать, что за поэт, чтобы почитать потом, так глубоко трагично он это произнес, но он ушел. А после я его не видела.

– «Забылся я неосторожно: теперь плачу безумствам дань», – процитировал Дорохин, глядя в окно.

– О! Точно. Так он и сказал, – обрадовалась Анджела. – Что это, вы знаете?

– Это Пушкин, дорогуша. Гениальный русский поэт.

– Неважно. – Дорохин перевел взгляд на Казанца и сказал: – Закругляемся.

Казанец задал еще пару-тройку вопросов Анджеле, на которые получил отрицательные ответы. Больше Анджела ничего о Хустове не знала. Попрощавшись, они покинули комнату Анджелы и вышли на улицу.