Отзвуки времени

Рита перехватила осуждающий взгляд дочки, которая копалась в ёлочных игрушках. Медленно и печально Галя разложила по ранжиру стеклянные сосульки, полюбовалась на сиреневую шишку и красноречиво вздохнула.

— Будет вам ёлка, — пообещала Рита, — завтра сходим все вместе и выберем.

Галя достала из коробки золотистую гирлянду, накрутила на голову и полюбовалась на себя в зеркало:

— Завтра все хорошие ёлки разберут, останутся одни палки.

— Значит, нарядим палку. — Рита откинула голову на подголовник кресла и улыбнулась.

Она устало прикрыла глаза, почувствовав, как тело стало невесомым. Сквозь мягкую полудрёму фоном слышался негромкий голос дочери:

— Тише, Ромка, мама спит.

Улетающая прочь усталость накинула на тело одеяло из слабости. Хорошо так сидеть и слушать приглушённую возню детей. Скоро они вырастут, станут умными, самоуверенными, но нет-нет, да и вспомнят, как утомлённая мама заснула в кресле, вместо того чтоб бежать на улицу за ёлкой.

Её разбудил короткий звонок в дверь, словно бы дети балуются. Рита вскочила на ноги.

— Мама, я открою! — отозвался Рома.

— Ни в коем случае! Поздно уже. Не представляю, кто может прийти в девять вечера.

Она запахнула полы халата, на ходу раздумывая, стоит быстро натянуть джинсы или нет. Сочла, что обойдётся.

— Кто там?

Поскольку ответа не последовало, Рита несколько мгновений вглядывалась в дверной глазок, а потом решилась приоткрыть дверь и отпрянула.

— Мама, смотри, это ёлка! — перебивая друг друга, затараторили Галя и Рома. — Ёлка, настоящая ёлка. Чья она? Неужели наша?

Рита обозрела пустую лестничную площадку с мокрыми следами, ведущими к чёрной лестнице.

— Наверное наша, раз позвонили в нашу дверь. И кажется, я догадываюсь, откуда она на праздник к нам пришла.

* * *Прислонившись к стенке трансформаторной будки, Никита поднял голову и посмотрел на Ритины окна.

— Надеюсь, она взяла ёлку.

Пожилой мужчина с крупным догом на поводке замедлил шаг:

— Молодой человек, вы что-то спросили?

— Нет-нет, я не вам. Сам с собой разговариваю, — поспешно ответил Никита.

Он снова взглянул на окна и отметил возникшую за ними суматоху.