Отзвуки времени

На заборе чёрной кляксой на белой бумаге сидела ворона. Воронам зима нипочём.

До получения официального ответа он отказывался верить в очевидное, потому что за время его юридической практики случались совершенно неожиданные обороты событий. Вдруг предполагаемое отравление оказалось бы неизвестным природе птичьим гриппом или чумой свиней?

В данном случае дикое преступление представлялось совершенно бессмысленным. Страусиная ферма никому не составляла конкуренции и никому не мешала.

Помощники — Ольга с Егором — не показывались, и вывод, что напрашивался сам собой, совершенно не радовал.

В тысячный раз за последние сутки Никита прокрутил в голове подробности своего бизнеса и не нашёл ни единой зацепки для оргвыводов. Обстоятельства бизнеса складывались как нельзя лучше, а результатом оказалась груда мёртвых птиц, которую предстоит захоронить согласно санитарным нормам.

Мама наверняка с грустью в голосе заявит: «Я так и знала, что твоё предприятие закончится крахом».

Никита усмехнулся краешком рта. Всё-то они знают, наши мамы.

Внезапно ему сильно захотелось позвонить Рите. Просто так, чтобы смыть с души корку грязи.

Ритин голос зазвучал через несколько ударов сердца:

— Никита, добрый день! Спасибо за поздравительную эсэмэску. — Она сделала паузу. — И за ёлки. Теперь у нас дома настоящий лес.

— За ёлки? — Он осторожно поинтересовался: — И много их?

Рита рассмеялась:

— Всего две! Вы разве не помните?

В Ритиной интонации он угадал улыбку и невольно улыбнулся в ответ:

— Честно говоря, я знаком только с одной ёлкой.

— Разве?

— Точно! — Он перевёл дыхание. — Надеюсь, Новый год прошёл весело?

— В целом неплохо и, можно сказать, с предрождественским чудом. Правда, оно произошло не с нами, но всё равно приятно. В любом случае — ёлки чудесные. Дети просили передать благодарность. А ты как встретил?

Никита так обрадовался этому внезапно выскочившему «ты», что свалившиеся проблемы сжались до уровня незначительных и вполне преодолимых, если не прямо сейчас, то по крайней мере в обозримом будущем.

Хотя Рита не могла его видеть, он скорчил ироничную гримасу и воскликнул:

— О, великолепно! Я веселился как никогда в жизни.

— Правда? Я рада. — Её голос слегка надломился, будто бы под ногами треснул лёгкий весенний ледок. — У тебя были гости?

— Я тебе потом расскажу. И, да, Рита, — он сделал паузу, — мне страшно неудобно, но если вы захотите ко мне приехать, то пока не надо.