Если он сейчас заберет свои слова обратно, то не даст мне надежду. Потому что я не переживу этого снова. Не смогу опять собрать себя по крупицам.
Боюсь ли я? До жути. Сейчас я самая настоящая трусиха.
- О сыне не знал, - утвердительно кивает, - и я бы очень хотел не думать о тебе. Не стану врать, я хотел выкинуть тебя из головы. Но с каждым днем ты пробиралась в нее все глубже. Чем сильнее я старался не думать о тебе, тем больше и чаще думал. Вспоминал...
От его слов на коже появляются мурашки. Я, кажется, перестаю дышать.
Никогда он мне не говорил ничего подобного. Да даже сейчас мне кажется, что я сплю. Что это все неправда. Стоит ли мне ему верить или это очередной трюк, чтобы усыпить мою бдительность?
Но он смотрит так, что не оставляет никаких сомнений. Смотрит в глаза, а ощущение такое, будто в душу заглядывает.
- Артем, я... я...
По щекам катятся слезы. Я не в состоянии контролировать то, что происходит со мной.
- Я уехал, потому что не хотел подвергать тебя опасности. Да, я принял решение за нас обоих.
И до сих уверен в том, что мое решение было правильным. Ты не пострадала. Наш сын не пострадал.
- Тогда нам тоже угрожала опасность? - я не ожидала услышать такое. Я никогда не подумала бы даже, что это как-то связано с другими людьми. Всегда считала его уход своей виной, искала причину в себе. Пыталась понять, что со мной было не так.
Я ненавидела Климова за то, что он просто исчез и оставил меня наедине с этими вопросами, которые разъедали душу. Заставляли верить в свою ненужность и никчемность.
- Тогда да...
- Такая же, как и сейчас? - спрашиваю не дыша, а сама боюсь услышать ответ.
- Между тогда и сейчас есть разница. Тогда я не мог противостоять. Сейчас могу.
Абсолютно все из этого меня пугает, но надежду вселяет его откровенность. Честность - это то, что есть между нами сейчас, но не было три года назад.
- Ты... ты можешь мне пообещать. Дать слово, что...
- Я сдохну за вас. Никого и никогда не подпущу.
- Ты только..., - я боюсь продолжить, потому что после высказанной просьбы я словно душу ему обнажу, открою и подставлю под удар.
И только Артем будет решить ударить или нет, - … не уходи в этот раз. Пожалуйста.
- Мия..., - я вижу на его лице растерянность и одновременно решительность.
Я задыхаюсь, потому что он ужасно близко. Непозволительно близко. Слишком опасно.
- Я так хочу верить, но мне страшно.
- Мия..."
"Я больше ничего не слышу. Ничего не вижу кроме его глаз. Хищного и властного взгляда.
