Настороженно смотрю на него, пока не зная, что планирует предпринять. – Не дёргайся, я бегать за дичью не привык. Слишком ленив.
– Дичь, – устало усмехаюсь, – какое верное определение.
– Загоняли?
– А по мне не видно? – обрисовываю пальцем свою рожу, которая больше походит на отбивную, покрытую густой бородой. Меня бы сейчас собственная мать не узнала, но Охотники вычисляют в два счёта. – Гоняют, как собаку, не давая передышки. Я за пятнадцать лет столько не стрелял, сколько за последний месяц, да и увечий столько не получал.
Передо мной появляется несколько тарелок с чем-то съестным и очень аппетитным. Не могу вспомнить, когда последний раз по-человечески ел и спал, находясь в состоянии полудрёмы и готовности соскочить, чтобы уходить от очередной погони. Молча поглощаю пищу, наблюдая за Аматом, который неприкрыто нервничает, посматривая за мою спину.
– Ты не один? – обернувшись, устремляю взгляд туда, куда смотрит собеседник, увидев лишь пустоту. – С бабой? Если помешал, только скажи, я свалю.
– Да нет, – задумчиво почёсывает затылок, – не то чтобы с…
Его глаза распахиваются, а сам он сосредоточен на том, что находится за моей спиной. Мельком бросаю взгляд, отворачиваюсь, и только спустя несколько секунд понимаю, что увидел. Точнее, кого. Медленно веду головой, встречаясь со знакомой зеленью, которая шокированно всматривается в меня. Цветочек. Срывается и бежит прочь, а затем щёлкает замок той самой двери, на которую поглядывал Амат.
– Цветочек, открой! – В два счёта оказываюсь перед преградой, дёргаю ручку, рву на себя, а затем толкаю плечом.
– Я всё равно вынесу эту дверь!
– Э, давай без разрушений! – За спиной рык Амата, а затем он меня оттаскивает. – Она и без твоей помощи справляется отлично."
"А я не слышу его, потому что сердце пульсирует где-то в глотке, а я сам, словно в бреду, не верю, что только что передо мной стояла Майя. Неожиданно и резко вновь ворвалась в мою жизнь, вот только теперь я этому рад и хочу прикоснуться к ней, чтобы убедиться – настоящая.
Не призрак, преследующий во снах и утягивающий мягким голосом, а тело, к которому можно прикоснуться, ощутив вихрь жадных эмоций, которые сносят одним своим существованием.
– Ключ, – машет передо мной, а я машинально беру предмет и направляюсь к двери. – Только, – останавливает Амат, задержав рядом, – не напирай, иначе придётся иметь дело со мной.
Только кивок, свидетельствующий, что я принял его слова, а затем поворачиваю ручку и вхожу.
