Он прихватывает мою нижнюю губу, оттягивая, а затем вновь вторгаясь в рот, поглощая кислород и не позволяя сделать полноценный вдох, чтобы выжить в этой умопомрачительной схватке языками.
Ладони Овода гуляют по моему телу, сжимают бёдра и разводят в стороны. Обхватываю его ногами, а он толкается в мою промежность, заставляя почувствовать возбуждение. Он меня хочет… Неужели правда? Мне казалось, что все его обещания «жалеть и трахать» лишь шутка, и в некоторой степени издевательство над той, кто считает себя невзрачной.
Но то, что происходит сейчас, то, с каким напором он имеет мой рот, говорит о правдивости каждой фразы.
– Я обязательно тебе покажу, насколько способен быть сволочью, – оглаживает мои губы, перемещаясь на шею и прихватывая зубами кожу, – и в тот самый момент, когда мой член будет глубоко в тебе, ты повторишь сказанное, Цветочек, – рвано произносит, а голос вибрирует, разнося по телу приятные огоньки предвкушения. – А теперь пора, – укладывает меня в багажник.
– Я не… – не успеваю договорить, и крышка опускается.
Машина трогается, поворачивает, а затем набирает скорость, скользя по ровному полотну асфальта. Прихожу в себя, сжимаясь от воспоминаний, от поцелуя и тех приятных импульсов, которые разливались по телу, когда мужские руки бесстыдно трогали всё. Не сопротивлялась, в какой-то момент осознав – я тоже его хочу.
Он не Тимур, лишь создававший вид увлечённости. Огонь Овода настоящий, мужчина не скрывает желания взять моё тело и воспользоваться как пожелает. Готова ли я к этому? Нет.
Но способна ли буду ему отказать, когда он решит взять своё? Тоже нет. Он хрупкое звено, связывающее меня с надеждой на нормальную жизнь, и кто знает, может, он пожелает в ней остаться?
Глава 15
Овод
Ехать со стояком то ещё удовольствие, но Цветочек выбесила, вкинув тонну претензий. Ревность не к месту, потому что та, кто лежит на заднем сиденье, не имеет ко мне никакого отношения.
Аукцион завершился быстро, и за дочь Островского пришлось выложить два ляма евро. Баснословная сумма, но желающие жали на кнопки так быстро, что я едва успевал сделать ставку.
Давно я не видел такого ажиотажа, и, видимо, девчонка того стоит. С трудом свалил из номера. Как и предупреждал Глок, комнату натыкали камерами похлеще киностудии, а оказаться в главной роли порнофильма я не стремился. На моё счастье, её обкололи каким-то дерьмом, превратив в кусок мычащего мяса, неспособного даже издавать членораздельные звуки.
Две тачки, севшие мне на хвост, заметил сразу.
