Озерные страсти

Девочка последовала за ним, поплакала какое-то время, поуговаривала, что он поступит на следующий год и они все равно будут вместе, походила за непримиримым возлюбленным, горделиво игнорировавшим ее… да и заколебалась уговаривать. Плюнула и уехала в Москву учиться.

Да потому что без сожалений и раздумий бросать свою жизнь на алтарь той самой любви, посвящая себя любимому человеку, способны только несчастные, забитые и затюканные суровыми, невнимательными родителями девочки, не видавшие и не знавшие любви в семье.

И хоть у Саши были достаточно отстраненные, холодные в проявлениях чувств родители, особенно отец, но бабушка Муся и дед Анисим наполнили их с сестрой жизнь такой настоящей, бесконечной любовью, научив уважать и любить самих себя, что некий внутренний ориентир не позволил ей спутать настоящее, истинное чувство и суррогат, выдаваемый за него, при первых же испытаниях и в непростой ситуации потребовавший какой-то немедленной жертвы с ее стороны.

– А ты с ним встречалась позже? – расспрашивала Аня тетушку, предававшуюся воспоминаниям. – Узнавала, кем он стал и как жил?

– Нет, зачем? Мне это не интересно, – пояснила племяннице Александра Юрьевна. – Не следует переоценивать роль некоторых людей в нашей жизни, они лишь проводники, которых посылает провидение, чтобы развернуть и подтолкнуть нас в нужном направлении и привести к нашему предназначению в жизни.

– Но ведь благодаря этому мальчику ты решила поступать в МГИМО и обрела свою стезю и дело всей жизни.

– Кто знает, – усмехнулась тетушка. – Мальчик мечтал и грезил о восточной сказке, не расставшись с детскими фантазиями, а я направила его грезы в реальное русло, убедив, что все в наших руках и все возможно. Может, дальше этих грез он бы и не двинулся. Кстати, и не двинулся, насколько мне известно. По крайней мере, пока я там училась, он ни разу за эти годы не повторил попытки поступить.

Вот такой взгляд на жизнь у Александры Юрьевны, в чем-то очень восточный, дистанцированный от судьбы другого человека, предоставляющий провидению позаботиться о нем. И немудрено.

Можно только представить, как давалась Александре, простой ленинградской девочке, учеба среди сплошь крутых деток советской элиты: дипломатов, послов, военпредов, ученых и прочих непростых людей.