С учетом того, что испытал все Ксавьер на себе, то…
— И что мы будем делать дальше?
— Мы? Так все-таки мы? — улыбнулся лорд.
— Куда ж ты без меня? Кто еще о тебе позаботится, — развела я руками. Да и влезла я во все это слишком глубоко. — Что ж поделать, если я такая добросердечная и мягкотелая, — на этом заявлении брови жениха поползли вверх, а я поняла, что стоит несколько сбавить обороты. Заодно тему сменить: — Хочу заодно тебя попросить как-то обезопасить Майка, да и Дарел, скорее всего, сам заложник ситуации.
— Давай для начала позаботимся о тебе. А то дойдем до того, что некому будет меня лечить, добросердечная ты моя.
— Если что, всегда есть Майк, — не согласилась я, за что получила полный осуждения взгляд. На бурные эмоции сил у Ксавьера, видимо, не осталось.
— Будем считать, я этого не слышал. Линда, ответь мне на один вопрос: почему ты все-таки не попросила у меня денег? И ведь я тебе сам предлагал. Что за упрямство?
— Ты уже один раз дал мне денег, помнишь? Двадцать тысяч заплатил за собственное лечение вместо оговоренных десяти.
Я тогда решила, что это аванс на будущее. Как чувствовала, что это не конец и придется с тобой еще повозиться.
— Так ты же потратила их на покупку двух симпатичных учеников, — едко напомнил жених. Будто я могла о таком забыть.
— Давай не будем рассматривать мои инвестиции в сотрудников клиники как покупку живого товара, — можно подумать, у меня тут рабовладельческий строй какой-то.
— В чем-то мне нравится твоя логика, и как жена ты очень удобная — точно по миру не пустишь.
— Ты просто не знаешь, что мне на все нужна еще минимум двадцатка, — и это только начало.
— Значит будет. И ингредиенты я закажу по своим каналам. Не то чтобы я не верил в твоего друга-меха, но на всякий случай. У меня тоже есть неплохие связи в разных кругах общества. И в отличие от кое-кого, у меня все абсолютно легально и чисто.
Я молча переваривала услышанное. Столько нервов и переживаний, а вопрос оказался пустяковый…
— Видишь, совсем не сложно, — улыбнулся Ксавьер.
— Если, конечно, не героически все взваливать на свои плечи, а распределять нагрузку.
— Тебе легко говорить, ты такие решения каждый день принимаешь. Уверена, окажись ты на моем месте во время тяжелой операции, тоже бы растерялся, — ну не признавать же собственную ошибку, правда?
— Именно поэтому ты никогда не увидишь меня со скальпелем за операционным столом, — серьезно ответил жених, но сразу продолжил: — Но я рад, что ты мне все рассказала.
