— Такой высокой и взрослой? — да, когда я жила в доме, наша разница в росте не так бросалась в глаза.
— Я не про рост. Просто я ведь уже не леди. Ни внешне, ни по жизни.
Сменив фамилию, право на подобное обращение я утратила.
— Я вижу красивую молодую женщину, которая многого добилась сама. Вы — настоящая местресс, разве это не повод для гордости?
— Спасибо."
"Я с благодарностью посмотрела на старичка. Вряд ли я получу одобрение от отца, про матушку и говорить нечего, но знать, что кто-то в доме считает, что я молодец, — удивительно приятно.
Внутри сразу потеплело, и мучившие сомнения и волнение, как пройдет сегодняшний вечер, разом угасли. Вот так порой для обретения уверенности и твердой почвы под ногами не хватает всего-то пары добрых слов от важных для тебя людей.
Ход, которым пользовалась прислуга, был знаком мне с самого детства. Я по нему и сбегала из дома. Очень удобно: он вел в глубину сада, где так легко быстро затеряться. Примечательно, что последний раз мы с Дао и небольшим запасом вещей выходили через него же.
Мартин пропустил меня вперед, и мы поднялись по узкой темной лестнице на второй этаж.
— Найдете кабинет лорда, или вас проводить? — серьезно спросил управляющий.
Вряд ли он думал, что я забыла расположение комнат и перестала ориентироваться в доме. Скорее, интересовался, нужна ли мне поддержка? Нужна, конечно, но ведь я уже давно не юная леди…
— Спасибо, Мартин, дальше я сама.
— Надеюсь, еще увижу вас, местресс, — глаза старика блеснули то ли от слез, то ли отблеск зажегшегося по вечернему времени света так попал.
— Обязательно, — я подалась вперед и чмокнула сухую щеку.
Пятнадцать с лишним лет назад я убежала из дома и набегалась за эти годы достаточно, чтобы вернуться. Не навсегда, но время от времени стоит сюда заезжать. Главное, чтобы после предстоящей встречи я продолжала думать также и двери родного дома не закрылись для меня окончательно.
Дверь в кабинет была приоткрыта, но я все равно постучала, прежде чем зайти.
— Добрый вечер, — заглянула внутрь я, мгновенно найдя отца глазами в кресле возле камина.
Камин летом не топили, но любимому креслу лорд Вируа не изменял ни в какое время года.
— Добрый, Линда, — отец захлопнул книгу и встал. — Проходи.
И снова я, как нашкодившая девчонка, прохожу внутрь, закрывая за собой дверь в ожидании наказания. Во всяком случае, ощущения прежние, и отец, наверное, подумал о том же, раз усмехнулся и подошел к бару.
— Что ты пьешь?
— Эмм… — вопрос озадачил.
