Я попыталась отшутиться и намекнуть, что задрал он планочку с желаниями.
«Ничего, я в тебя верю, лапушка. Уже присматриваю модельки и думаю заказать материал. Как считаешь, если для начала сотенку образцов прикуплю, метра по три-четыре каждый, этого хватит?»
Открыв рот, моргнула. Сколько? Вот транжира. Мгновенно пересчитав всё на деньги и прикинув, что этот сакали вряд ли понимает хоть что-то в материи, поспешила спасать его галы.
«Не вздумай! Прилечу и всё решим на месте».
«То есть твоего «да» я добился?»
«Сшить несколько пар штанов и рубашек — не замуж за тебя выйти».
Фыркнув несколько раз в сторону планшета, смекнула, что меня поймали на крючок, сработав на общесемейной нелюбви к расточительству.
Вот гусь!
Полежав ещё немного, я вернулась к статье и принялась читать дальше.
Ядро корабля приятно гудело успокаивая.
У двери тихо сопел отец, лежа на четырех матрасах. Мама ворочалась, наверное, ей что-то снилось.
И вроде всё хорошо, но легкая тревога не оставляла. Появилась навязчивая мысль, что моё счастливое будущее не случится.
Произойдёт что-то страшное. Не долетим или...
В спину снова вступило. Боль усиливалась. Выдохнув, просунула руку под подушку и достала тюбик с лекарством. Терпеть сил не осталось.
С трудом сев, аккуратно подкатила коляску, чтобы пересесть.
— Лиля, ты куда? — Сверху тут же появилось заспанное лицо Пети.
— В санзону, — шепнула в ответ. — Приспичило.
— Помочь? — она заморгала, сгоняя сон.
— Нет, в таких местах я предпочитаю уединение, — быстро сбила её с хвоста, а то и правда побежит следом.
— Ладно, — к моему счастью, она снова завалилась на подушку и закрыла глаза.
Я осмотрелась. Остальные крепко спали..."
"Выехав в коридор, я бесшумно поехала в сторону столовой. Она работала круглые сутки, и достать из пищевых автоматов вкусный белковый бульон и бутылочку с чистой водой можно было в любое время.
Въехав в большое светлое помещение, заметила за дальним столом несколько мужчин. Они рубились в карты.
Развернув коляску, нашла нужный мне пищевик, потянулась и достала воду.
Разогнувшись, в ужасе отпрянула от собственного отражения на прозрачном пластике.
На меня смотрел хрон... Черта на лице... Такая четкая!
В ушах загудело. Спина одеревенела. Я, кажется, забыла, как дышать.
Паника...
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы унять готовое вырваться из груди сердце и сообразить, что полоса на отражении моей щеки — это ничто иное как тонкий проводок внутри автомата.
