Падение Хана

Последние слова Батыр произнес с явным пренебрежением и нескрываемым сарказмом.

— Ты всегда любил быть белой вороной, Батыр.

— Да, люблю отличаться, а не сливаться с серой толпой.

— Белые пятна на сером слишком хорошо видны врагу.

— Дугур-Намаевы не скрываются от своих врагов, а поворачиваются к ним лицом.

— И не боятся оставить открытой свою спину?

— Настоящего врага нужно уважать…лишь подлый, трусливый и бесчестный ударит противника в спину.

Их взгляды скрестились, и оба улыбнулись, но только губами.

— Нас почтил визитом твой внук Тархан.

Хан посмотрел на брата исподлобья, а тот вызывающе вздернул подбородок, сложив одну руку на мощной груди, а в другой удерживая факел. Щенок ведет свою игру и даже не скрывает этого.

Сансар хитро улыбнулся и провел указательным пальцем по низу длинных усов.

— Он — один из моих лучших бойцов. Выступает в моем цирке. Можно сказать, мы почти породнились с тобой, Батыр. Я дорого плачу твоему внуку за то, что он развлекает моих гостей.

Их взгляды сцепились, и Хан увидел, как дед сдавил поручни своего кресла.

— Ты ошибаешься, Сансар. Этот парень не имеет никакого отношения к моей семье. И мне глубоко наплевать, кому и зачем он продался. Так что нет, мы с тобой вряд ли породнимся. Это становится невозможным в силу естественных причин, о которых я приношу тебе свои глубокие соболезнования. Представляю, каково это — быть без наследника и даже без наследницы.

Теперь челюсти сжал Бордж. Хан впился взглядом в Тархана, но на его лицо была нанесена золотистая краска, и он выглядел совершенно невозмутимо, глядя впереди себя в никуда.

— Но он носит фамилию Дугур-Намаева.

— Издавна в нашем роду не принимали в семью бастардов. С тех пор ничего не изменилось. А однофамильцы…их может быть черт знает сколько.

Дед так и не посмотрел на своего младшего внука, а лишь поудобней устроился в кресле.

— Я слышал, что твой цирк уродцев имеет грандиозный успех и приносит тебе кучу денег.

— Да. Люди любят кровавые зрелища. Сегодня особенный день. Открытие нового сезона с новой умопомрачительной программой. Откроют сезон гладиаторские бои, и по правилам нашего цирка один из избранных мною гладиаторов может выбрать себе в соперники одного из гостей. Разумеется, гость имеет право отказаться.

Дед быстро посмотрел на Хана, потом на Сансара.

— И кто этот избранный гладиатор?

— Конечно же, он, Тархан.