— Смотри, если сжевала — вычту стоимость скатерти из твоего гонорара. В троекратном размере.
— Креста на вас нет, Тихон Аристархович!
— Не тебе одному ломить втридорога. А крест на мне есть и… Короче, иди уже отсюда! Спасай мою скатерть.
— Побежал, — Ростислав нажал на ручку двери. — Ирэна без меня, поди, затосковала совсем.
— Ее зовут Галя, — зачем-то уже в спину Ракитянскому сказала Варя.
— Да? — Слава озадаченно почесал в затылке. — Галя? А впрочем… — пожал плечами. — Какая разница.
И дверь за Ростиславом Ракитянским наконец закрылась.
Тихон и Варя остались наедине.
Она медленно прошла и села на стул напротив него, с дугой стороны стола.
Я зашла на запретную территорию? За черту? Выгони меня. Дальше будет только хуже.
Тихон не торопился начать разговор. Но Варю молчание угнетало.
— Ты и в самом деле занимался греко-римской борьбой? Ходил в секцию?
— Да, — ответил он. Неохотно, но ответил. — Несколько лет. Хотя лучше бы я в шахматный кружок ходил.
Видимо, он хотел, чтобы фраза прозвучала смешно.
А вышло тоскливо. Как и кривая усмешка в углу рта.
Наверное, сейчас можно задать еще вопросы. И, очень похоже, Тихон ответит. На что-то — точно ответит. Но Варе вдруг стало страшно спрашивать дальше. Словно лезть в темный подвал. Вместо этого улыбнулась. Очень надеясь, что улыбка получилась не слишком фальшивой.
— Знаешь, у меня брат тоже много лет борьбой занимался. Только вольной.
— «Вольники» — слабаки! — демонстративно фыркнул Тихон, словно благодарный ей за смену темы разговора.
— Классики выигрывают и у себя, и в вольной. Если ты «классик» — ты умеешь и классику, и вольную. Это точно.
— Божеее… — рассмеялась Варвара. — Как это знакомо. Вечная вражда между «классиками» и «вольниками».
— Ну, скажи, что я прав? — вдруг уперся Тихон. В шутку, но все же.
— Без понятия, — снова рассмеялась Варя. — Мне эти все ваши борцовские разборки до лампочки. Папа на все Колькины вопли по этому поводу, знаешь, как говорил?
— Как?
— С тренером по борьбе может поспорить только тренер по стрельбе.
Варя ожидала, что он рассмеется. Ну смешно же! Но Тихон даже не улыбнулся. И ответил неожиданно серьезно и задумчиво.
— Хорошая фраза. Батя у тебя мудрый мужик.
Почему-то на этих его словах что-то екнуло. Щелкнуло. Дальнейшие Варины слова ее саму удивили.
— Знаешь, вы с Колей очень похожи. Габаритами, привычками — и секция борьбы, и любовь к вареникам с вишней. И вообще…
Тут Варя смутилась. Замолчала.
