Падший

Она не понимала, виной ли тому то, что он сказал, или же то, что он внезапно оказался ужасно близко к ней. Его дыхание пахло яблоками, аромат скорее приятный, чем нет.

– Я перешел черту, не так ли? – поинтересовался Майкл беспристрастным тоном. – Бабуля говорит, мне не следует так прямолинейно высказывать свое мнение. Из-за этого я не очень нравлюсь людям.

– Нет, что ты, – тряхнула головой Селина. – Мне нравится, когда ты прямолинейно высказываешь свое мнение. И ты мне нравишься таким, какой есть.

Майкл взял ее руку в свои горячие ладони. Его чувства к Селине было бы сложно не заметить в этом жесте. Что-то екнуло у Селины в животе. Неужели это те самые бабочки, о которых она читала в книгах и которых обсуждали, шепчась, юные девушки? Это ощущение показалось Селине… странным, однако не то чтобы противным. Затем мизинец Майкл обвился вокруг ее мизинца. Селина улыбнулась и получила в ответ лукавую усмешку, заигравшую в уголках его глаз и смягчившую изгиб губ.

Внезапно Селину взбудоражила мысль о том, что, вероятно, ей сейчас полагается поцеловать Майкла.

Что этот поцелуй поможет ей наконец понять все то, что она пыталась понять все это время. В волшебных сказках поцелуй всегда был чем-то сильным. Если она поцелует Майкла сейчас, этот поцелуй точно будет магическим. Морок в ее сознании рассеется. Воспоминания наконец к ней вернутся. Селина очнется от сна, в котором не было сновидений.

И она тогда просто… все поймет.

И так же внезапно другая картинка всплыла в сознании Селины.

Другой юноша, чьи губы оказались на расстоянии нескольких сантиметров от ее собственных. В ней ожило воспоминание о том, как она лежала ночью без сна и представляла, что он прикасается к ее коже, его прикосновение нежное и сильное одновременно, умоляющее и повелительное в равной степени.

Бастьян. Проклятый прекрасный юноша, который не покидал ее сновидения с того самого вечера, когда она увидела его в ресторане «Жак» меньше недели назад.

Пришлось приложить немало усилий и напрячь волю, чтобы успокоиться после той ссоры.

Селина даже поговорила со своим врачом по этому поводу. Он убеждал ее, что подобные моменты не такая уж редкость для тех, у кого было сотрясение мозга. Да и по правде сказать, он недавно читал о французском философе, который описал интереснейшую теорию насчет таких случаев. Он назвал их «la sensation de déjа-vu»[100]. Ощущение, когда будто бы испытываешь нечто во второй раз.