Падший

Если прекратить уповать на чудо, вероятность того, что память внезапно вернется к Селине, ничтожна мала. Так что пришло время двигаться дальше, нужно начинать жить в настоящем, а не в прошлом. Нужно выбрать Майкла Гримальди и строить с ним будущее на светлой стороне.

Остаток дня Селина вела себя как настоящая грубиянка. Как раз перед закатом, когда Антония попросила ее что-то повторить, Селина огрызнулась как какой-нибудь несносный школьник.

– Мне хотелось бы знать, – задумчивым голосом начала Элуиз, – какая муха тебя укусила.

Селина от этого рассердилась еще больше:

– Какая муха?

– У нас здесь… муха? – взвизгнула Антония, содрогнувшись, ее черная коса закачалась словно маятник, когда она судорожна начала осматривать все углы магазина.

Элуиз поджала губы.

– Если хочешь рассказать, что тебя так беспокоит, то просто расскажи. У меня нет ни времени, ни желания выпытывать у тебя правду, Селина. – Она мрачно усмехнулась. – В конце концов, я не Пиппа.

От того, как Элуиз посмотрела на Селину сверху вниз, ей захотелось либо сбежать, либо огрызнуться.

И корона из свернутой косынки на голове Элуиз совсем не помогала. Казалось, будто королева собственной персоной осуждает Селину.

– Где муха? – снова спросила Антония, из-за акцента ее голос звучал еще выше.

– Нет никакой мухи, дорогая, – отозвалась Элуиз. – Но скоро появится целый рой, если мадемуазель Руссо не перестанет срываться на каждом, кто задает ей вопросы.

Получив отповедь, Селина решила укрыться в подсобке до конца рабочего дня, там она занялась сортировкой декоративных пуговиц и кружев из только что доставленной партии.

Она вышла только раз, чтобы пожелать Антонии и Элуиз доброй ночи, а затем приступила к уборке, но война в ее мыслях продолжалась, порождая хаос. Спустя полчаса она все же пришла к выводу, что отринет доводы разума и все-таки отправится в ресторан «Жак».

Погасив лампы и закрыв все окна, Селина вышла за дверь, вытаскивая ключи из бокового кармана своего темно-синего пальто.

Почему ей так сложно было последовать совету Чосера и не будить спящую собаку?

– Как сказал бы поэт Джефри Чосер, зачем будить лихо, пока оно тихо?

– Никогда не пойму, что такого удивительного в бесконечности.

Всему приходит конец, в том числе и хорошим вещам.

– Тогда Чосер был кретином. Бесконечность поражает нас, потому что позволяет нам верить, что все в мире возможно. Что истинная любовь может длиться вечно.

Селина вдруг замерла, связка медных ключей повисла на кончиках пальцев.