Память любви

Да, иногда мои ребята навещают шлюх, но баб такого сорта мы сюда не приводим, да и ты бы не захотел, чтобы твоя дочь якшалась с ними, господин мой. И нечего жаловаться! Ронуин прекрасная девочка, пусть и не обучена кокетничать и жеманиться, как знатные леди, с которыми тебе пришлось иметь дело, господин мой. Не стоит винить меня за то, что ты представлял ее себе совсем иной. Если бы хотел, чтобы она приобрела навыки, присущие женщинам, отвез бы ее в аббатство, к своей сестре. А сейчас идем в зал. Продолжим наш спор за чашей пива.

Ап-Граффид, разразившись смехом, последовал за капитаном в зал, где стояли бочонки с яблочным пивом, хранившиеся с прошлой осени. Пиво оказалось крепким, чуть сладковатым.

Утолив жажду, мужчины уселись у очага, и принц объяснил причину своего приезда.

— Я выдаю Ронуин замуж, — объявил он. — Но жених ожидает увидеть воспитанную особу в красивом платье, а не эту сквернословицу и сорвиголову. А я-то воображал, что она пойдет в мать!

— Это еще почему? — отозвался Морган.

 — Перед глазами у нее был совсем другой пример.

С уст принца слетело очередное проклятие.

— Не мог бы ты найти для этого человека другую родственницу? — рассудительно осведомился капитан. — И вообще — ты дал себе труд признать Ронуин и Глинна своими детьми перед Господом нашим?

— Да, много лет назад. Аббат цистерцианского монастыря в Гуим-Эр стал свидетелем и хранит документы с моей подписью, — сообщил Ллуэлин. — Видишь ли, этот брак — часть договора, который я заключил с королем Генрихом в Монтгомери и в знак доброй воли предложил Ронуин одному из баронов, владеющих землей с английской стороны границы.

Его зовут Эдвард де Боло, лорд Торли из Хейвн-Касла. Привезя вместо Ронуин другую, я выставлю себя обманщиком перед королем Генрихом. Я не могу подвергать опасности все, ради чего столько лет трудился. Надеюсь, ты поймешь меня, Морган.

— Ты прав, Ллуэлин, и многое сделал для нашего народа, но что теперь будет? Вряд ли Ронуин хоть чем-то напоминает краснеющую, застенчивую невесту.

 — Капитан с усмешкой показал туда, где Ронуин бросала кости и бражничала в компании молодых воинов. — Правда, она сохранила невинность, — добавил старый вояка в утешение господину. — В этом я уверен. Ничуть не интересуется молодыми людьми, хотя последнее время ей приходится отбиваться от их ухаживаний. Даже покалечила двоих.

— Слава Богу, хоть об этом не надо беспокоиться, — проворчал принц. — Придется и впрямь везти ее в Аббатство милосердия.