Память любви

— Женщинам там не место, — покачал головой Ллуэлин.

— Верно, но ты бросил там дочь! Клянусь, никогда не видела человека, более безмозглого и беспечного, чем ты! Не пойму, как тебе удалось стать принцем при таких способностях! — гневно воскликнула Гуинллиан. — Неужели не мог сразу привезти девочку ко мне? И чего теперь ожидаешь?

— Ситрол ближе всего находился от дома их матери, а оттуда до аббатства почти три дня пути. У меня не было времени.

— А приказать Моргану, чтобы доставил детей сюда, ума не хватило?

— Она не годится в жены ни одному мужчине, — с отчаянием признался Ллуэлин.

— Значит, успела стать шлюхой? — взорвалась аббатиса.

— Никогда не была ею и не буду, — отрезала Ронуин.

— Нет, сестра, вовсе нет! Беда в том, что она совершенно невоспитанна. И донельзя невежественна. Морган и его люди по-своему любили и оберегали детей, но смогли научить только тому, что сами знали. Моя дочь стала настоящим воином и готова в любую минуту отправиться в битву. Целыми днями она возится с лошадьми и оружием.

Словом, мой достойный преемник. В отличие от нее мой сын предпочитает сочинять песни и баллады и годится либо в священники, либо в барды.

Воин из него никудышный. Но ты должна наставить Ронуин в женских добродетелях, превратить из парнишки в девушку. Как я могу отдать ее мужчине, если она даже не знает, что такое брак, и говорит только на нашем языке, не зная ни слова по-норманнски? Ронуин не умеет носить женские наряды, много лет не надевала юбку. Она считается христианкой, сестра, но понятия не имеет о религии и вере.

Говорит «лунные циклы», а не «месяцы», и я даже не знаю, начались ли у нее женские недомогания. Помоги, Гуинллиан, хоть немного приручить ее… облагородить, чтобы через месяц я со спокойной душой увез ее к Эдварду де Боло в Хейвн-Касл.

Аббатиса громко расхохоталась:

— Всего месяц? Ты спятил, Ллуэлин! Что можно сделать за месяц с этой оборванной, лохматой, злобной кошкой? Постараюсь, разумеется, но если она откажется повиноваться, значит, тебе не повезло, братец.

Как мог ты обещать кому-то дочь, которую не видел десять лет? О чем ты только думал?

— Но как же теперь быть, Гуин? — промямлил Ллуэлин, растерянно ероша темные волосы.

— Ты поняла, о чем идет речь, дитя мое? — обратилась аббатиса к Ронуин.

— Да, господин объяснил, что брак — это нерушимый и крепкий союз между мужчиной и женщиной. Это дело чести, и мой долг по отношению к принцу — выполнить все принятые им обязательства.