Память любви

 — Сделай ей ребенка как можно скорее, иначе ее пронырливый родитель попытается расторгнуть брак и повыгоднее выдать дочь замуж за другого. Валлийцы — народ бесчестный, но пока дочь ап-Граффида в нашей власти, он будет вести себя смирно. Должно быть, любит девчонку, если все эти годы прятал ее от людей.

— Отец, — обратился де Боло к священнику, — моя невеста приезжает сегодня. Завтра состоится венчание.

— Господин мой, девушка молода и нежного воспитания, — возразил священник. — Неужели вы не дадите ей времени получше вас узнать?

— Мы все равно должны будем пожениться, — пожал плечами де Боло, — так лучше сделать это раньше, чем позже.

Ап-Граффид захочет остаться до свадьбы, а мне нужно, чтобы он убрался как можно скорее. Хотя этот союз — дело рук короля и принца, я не желаю, чтобы валлийцы поганили мою землю, иначе меня могут обвинить в предательстве.

Настали опасные времена, отец мой.

— Не могу не согласиться с вами, господин, — грустно вздохнул святой отец. — Я обвенчаю вас завтра утром.

Пусть сегодня леди Ронуин немного отдохнет после трудного путешествия.

— Так и сделаем, — кивнул де Боло и, подойдя к стенам замка, окликнул стражу:

— Вы что-нибудь видите?

— Пока ничего, господин, — донесся ответ.

Эдвард направился к конюшне.

— Оседлай коня, — велел он выбежавшему навстречу конюху.

— Сколько человек вы берете с собой, господин? — осведомился тот.

— Никого. Я еду встречать невесту, и никто не посмеет напасть на меня в моих владениях.

Конюх вывел из денника вороного жеребца, и хозяин Хейвн-Касла вскочил в седло. Он с удовольствием отметил, что поля приготовлены к севу. Скоро они зазолотятся пшеницей и ячменем. На лугах паслись белые овцы с черными мордочками, рядом с которыми резвились ягнята; в этом году окот был хорош. Кроме того, Эдвард владел большим стадом коров, из жирного молока которых делали масло и сыр, а потом продавали в Шрусбери в базарные дни… За полями расстилались леса, где он часто охотился, а у подножия холма, на котором стоял замок, текла река Северн.

Эдвард остановил коня, чтобы взглянуть на свой дом.

Прекрасный замок, небольшой, красивый, хотя не столь величественный, как многие из тех, что он видел. Серовато-коричневый камень, из которого он был выстроен, с годами выветрился, выцвел и кое-где зарос плющом. Четыре башни знаменовали стороны света. Несмотря на толстые стены, внутри замок скорее походил на уютный зажиточный дом.