Память пепла

Потом гуляли в парке, катались на карусели. И вот зачем она пришла? Сестра его? Будто из сизого дыма возникла… С трубкой, пахнущей малиной, в цветастых юбках… Цирк! Зашептала про то, что это не просто кот, это дух-хранитель древней магии, и что когда Тая вырастет… Тьфу!

Она вырастет и будет ходить на дискотеки! Парней он, если что, приструнит, не зря же в органах работает. А сейчас, пока не выросла, он должен защитить ее от Зары! Любым способом…

Воспоминание вспыхнуло, будто падающая звезда, и тут же исчезло.

Ночь. Звезды. Барс с синими глазами. Миро присмотрелся внимательнее. Ему кажется, или силуэт зверя почти растворился в лунном свете? Как будто он… исчезает. Прощай, галлюцинация. Даже жаль с тобой расставаться. Синие глаза вспыхнули на прощание…

– Прощай, Скользящий… Ты не принял меня, – метелью взвыло в голове чкори.

– Старый болван… Ты же убиваешь его!

Запах малины, стайка синеватых колечек танцует вокруг головы. Зара… Пижама, плед с бахромой, накинутый на плечи. Она как будто стала ниже ростом.

Морщин прибавилось… Он, наверное, тоже не помолодел за эти годы, но ведь это же лишь игра его воображения. Или… нет?

– Прими его, Миро. Неужели ты не чувствуешь? Этот зверь – твоя душа.

Да… Плохо дело, Мирослав Петрович, совсем плохо! Справится ли Станислав Адамович, вот вопрос. Хотя… На то он и психиатр, чтобы с его видениями разбираться, а он того… Устал немножко. Поэтому сам бороться со своими видениями не может. Сил у него нет… Так что…

– А ну иди сюда! Иди, иди, не бойся! Иди сюда, зверь, иди ко мне! Ишь какой, а? Красавец!

Чем дольше он говорил, тем отчетливее видел барса и тем больше понимал, что ни за какие сокровища на свете не расстанется с ним! Зара права.

Он – его душа.

Рояль имперцев сильно отличался от инструмента, к которому он привык в графстве, но если немного привыкнуть и избавиться от песка…

Рэм любил играть. Любил побыть с инструментом наедине. В этом плане он полностью разделял страсть императора Тигверда. А посему император лично шепнул герцогу Рэймскому, что рояль в полном его распоряжении.

С песком проблем не возникло. Он исчез, а на его месте появилась золотая копия Флоризеля.

Анук-чи лег на крышку рояля, опустив морду на лапы. Но не успел юный маг коснуться прохладных клавиш, щенок подпрыгнул и стал носиться по зале, пытаясь поймать ворвавшуюся в зал сквозь марево портала огромную птицу из золотого песка.

«Какой красивый песок Анук-Чи… Золотой! Совсем не такой, как тот, из Ваду.