Память пепла

Но это не та любовь! Вы меня понимаете?

– Геральд принял это за любовь настоящую. Конечно же, его никто не разубеждал. А мы спали в разных спальнях. Лишь один раз исполнили свой долг – нужен был наследник. Я знала, кого любил мой муж. Он знал, что я не люблю его. Но это неважно! Вам, наверное, дико все это слушать…

– Вовсе нет. Я – историк. Таких примеров миллион. А вы? Вы любили кого-то?

– Да. Очень давно. Человека из вашего мира. Намного старше меня. Он был, как это у вас называется… Он был представителем правящей знати.

– Да! Но его убили. И все это время я не думала о любви. Все было… правильно. Муж никогда не давал повода чувствовать себя униженной. Он был… Безупречен. А этот человек…

После того случая на острове с Ирвином и Рене Вероника дала себе слово не лезть в чужую жизнь. Никогда! Отношения с Ией уже, увы, не наладятся. И сейчас она изо всех сил пыталась быть равнодушной. Но – как ни старалась – не получалось! Ничего не получалось.

– Миро. Отец Таисии. Не сжимайте так сильно бокал – он может треснуть, и вы поранитесь…

– Вы считаете, я вечно лезу не в свое дело?

– Нет, – Дарина улыбнулась, – я восхищаюсь вашей искренностью, деятельностью, желанием помочь.

Они рассмеялись. Выпили.

– Мы… сошли с ума, – прошептала герцогиня. – Все было настолько случайно, настолько… Только что ругались – все как обычно. И вот… Все просто исчезло… Я и представить не могла, что от поцелуя может исчезнуть все вокруг…

– Почему вы плачете? Я не понимаю… Что в этом плохого?

– Дарина! Он что, увидел, как вы?.

Вероника не знала, смеяться или плакать. С одной стороны – смешно. С другой… Как сама рыдала в точно такой же ситуации, она не забыла. И не забудет никогда. И сейчас очень близкому ей человеку, которого она способна понять, наверное, как никто другой, по крайней мере, в этом мире точно, нужна ее поддержка. Внутри шевельнулась злость:

– Дарина, а такая светлая мысль, что все происходящее просто-напросто не его дело… В голову вам обоим не приходила?

– Его отец погиб, защищая нас… Еще и года не прошло, – глухо сказала герцогиня.

– Но… если ты почувствовала себя живой, если ты полюбила… Рэм поймет. Должен понять! Я уверена, если бы он…

– Геральд со мной не разговаривает, Миро – тоже. Он говорил с сыном и принял решение отойти в сторону.

– Вот ведь! Мужчины!

– Он прав… Только это не поможет. Слишком… поздно.

– Я Рэму говорила: жду не дождусь того момента, когда он влюбится.