Память пепла

Семьи…

– Любопытно, насколько император Тигверд примет в расчет ваши оправдания…

– Молодой человек, которого вы ударили по голове и чуть не убили – его внук! Пауль Тигверд…

– Пашка? – Девушка так удивилась, что распахнула глаза. – Почему Тигверд? Он же Журавлев?!

Манул встал, отряхнулся. Потянулся. Зевнул. Большой, толстый, пушистый кот! Тая улыбнулась, запустила руки в густую шерсть. Но стоило мужчине встать, чтобы подойти к девушке, зверь зарычал, оскалив огромные клыки.

– Тая! – возмутился Эдвард.

Но девушка лишь торжествующе улыбнулась, продолжая тискать своего грозного охранника.

– Расскажи мне о себе. Правду, – попросила Тая. – А то я знаю только, как тебя зовут. Если, конечно, это твое настоящее имя.

– Эдвард Грегори Шир. Милорд Милфорд. – Мужчина поклонился.

– Водный маг. Начальник имперской контрразведки. В отставке.

– А где мы находимся?

– Думаю, что в Пустоте. Хотя не уверен, – маг сказал это, ни к кому особо не обращаясь.

– В Пустоте. Но ты не уверен… Понятно, – буркнула про себя в свою очередь Тая.

– Пустота – не простое место. Ничто. Брешь между мирами. А в ней – потайная дверь.

– Дверь? – Тая оглянулась.

Зал длинный. Узкий. Белый мрамор. Трон. Какой… огромный! Черный бархат. Серебро. Ковер. На таком удобно фехтовать. Но самое странное не это. А то, что здесь не было никакой двери! Ни входа. Ни выхода. Ничего!

– Дверь. Дверь, за которой тебя подслушивает Вечность. Прошепчи желание – и дверь откроется. Вечность, всемогущий ребенок, испугается и убежит, потому что знает – подслушивать нехорошо, а ты окажешься там, где захочешь.

Тая посмотрела Милфорду в глаза. Захотелось сказать, что ей все равно, куда идти. Лишь бы рядом с ним…

А Эдвард Грегори Шир милорд Милфорд тем временем осторожно, но настойчиво подбирался ближе, и, надо признать, весьма успешно! И хотя снег пошел сильнее, начальнику имперской контрразведки в отставке удалось-таки осторожно дотронуться до серебристо-голубоватой шерстки манула.

– Хочу добавить от себя, – заметил Арвин, перестав надсмехаться над самим собой и Эдвардом, – вам, Таисия, надо учиться контролировать силу.

– Почему я должна вам верить, Арвин Валентайнович? Вы уже обманули меня… Дважды.

– Согласен. Я прошу прощения за трюк с веревкой и инсценировку похищения. За то, что по моей вине пострадал ваш друг. Но все остальное – правда.