Память пепла

Так что несколько минут спустя они уже сидели вчетвером около фонтана и болтали за жизнь.

– Но почему в морские разбойники-то? – горячилась Ника.

– Что именно? Первое, что тебе прикажут сделать – взять кинжал и зарезать какую-нибудь девчонку. Такую же, как Элл. Сможешь?

– Зачем? – обомлел Даррин.

– Для того чтобы быть уверенным в твоей преданности. Это ритуал пиратов – пролить невинную кровь. Они должны убедиться, что ты выполнишь любой приказ. Не остановишься ни перед чем. Что в тебе нет ни сострадания, ни жалости.

– А вы откуда это знаете? – быстро спросила Элл.

– Я преподаватель истории. И все про всех знаю.

И столько разочарования в голосе…

– Даррин! – раздался рядом недовольный мужской голос. – Ты почему не явился на корабль? Он уже ушел.

Мальчишка покраснел. И опустил голову.

Вероника оглядела вербовщика. Молодой. Несколько волосков на подбородке, символизирующих мужественную щетину, да тоненькие усики над верхней губой.

– Представьтесь, пожалуйста, – поднялась Вероника.

Парень застыл.

– Ну, вот… – вздохнул Дарри. – Не видать мне моря.

– А почему для того, чтобы стать моряком, надо идти в пираты? Более цивильного способа нет, что ли? – удивилась Ника.

– Есть. Но в училище берут только граждан. А мы с мамой и сестрой – пришлые.

Девочка тут же наступила брату на ногу, сделав выразительное лицо. Видимо, говорить о том, что они не здешние, мама не велела.

Ричард Рэ Тигверд солгал. Он просто не смог сказать Веронике, что на сына напали в Петербурге. Пробита голова. Сначала он все выяснит сам.

Огненный маг появился из портала, ни от кого не скрываясь, не ставя защиту от любопытных глаз. Не до того. Увидел сына. Остановился, не в силах оторвать взгляд, медленно осознавая, что самое страшное позади. Жив. Это главное. В лицо мальчишки словно плеснули зелени. Паша сидел скорчившись, обхватив голову испачканными в крови руками.

– Вам нужно отправиться домой, – выговаривал ему Ирвин. – У вас сотрясение мозга. Необходим покой. И…

Пашка мотнул головой и тут же «поплыл». Взгляд стал бессмысленным, тело обмякло. Ричард сделал было шаг к сыну, но, услышав недовольные возгласы Ирвина, решил подождать. Целителю сейчас не до его отцовских чувств…

– Вот что за наказание такое! – Ирвин склонился над пациентом. Руки с длинными пальцами запорхали над упрямым мальчишкой.