Панк 57

Я постукиваю пальцем по руке, отбивая ритм песни, что мы репетировали сегодня в «Палочках».

Ну, по крайней мере, я вернул часы и сделал оба дела, ради которых приезжал. Так что надо бы радоваться.

Но, к сожалению, вещи, которые казались такими важными три недели назад, теперь отошли на второй план.

– Почему твои часы были у него? – спрашивает кто-то.

Вздрогнув, я поднимаю глаза и вижу Райен. Она стоит в ближнем углу комнаты. Видимо, только что вошла.

– Это же были те часы, которые ты искал, да? – продолжает выпытывать она.

– Как ты сюда попала? – Я выпрямляю спину и сажусь ровно. – Ты ведь не садилась за руль?

– Я не пила, – говорит она. – А теперь отвечай на мои вопросы. Что ты делаешь? Что происходит?

Я отвожу глаза и снова разваливаюсь на стуле.

Знаю, давно пора остановиться, и нет причин больше скрывать от нее правду, но с чего начать? Я хочу, чтобы она все поняла. Хочу знать, сможем ли мы вернуться к тем отношениям, что были у нас, когда мы только переписывались, и к тем, когда я был Мейсеном.

– Ты хочешь, чтобы я доверяла тебе, – говорит она, – но так много от меня скрываешь.

Я поворачиваюсь к ней и открываю рот, чтобы начать говорить, как вдруг из коридора появляются трое парней, входят в комнату и останавливаются, увидев меня.

Я пытаюсь встать, но двоюродный брат не дает мне подняться.

– Извини, мужик, – начинаю оправдываться я. Ненавижу себя за то, что пришлось тащить его в такую даль.

Уилл только улыбается в ответ.

– Попасть в участок в Тандер-Бей – это обряд посвящения, – шутит он, сияя от гордости.

Я закатываю глаза. За спиной у Уилла стоят два его друга, Майкл Крайст и Кай Мори, и довольно улыбаются.

Они знают, о чем он говорит. Несколько лет назад они были королями нашего городка, героями школьной команды по баскетболу. С тех пор мало что изменилось. Только слава стала позорной.

Уилл скрещивает руки на груди и снисходительно смотрит на меня.

– Ты должен сам уметь выпутываться из таких историй, понимаешь? – отчитывает меня он.

Он разворачивается, и все трое подходят к столу, несомненно, улыбаясь во все зубы.

Райен двигается к моему левому плечу, но мы оба молчим.

– Здравствуйте, я Уильям Грейсон третий, – говорит Уилл женщине-полицейскому. – Офицер Уэббер, верно?

Она настороженно меряет взглядом его и двоих других.

– А мой дедушка – сенатор Грейсон, – продолжает он, – и я надеюсь, что вы очень-очень его любите. Он всегда помогал полиции.