Н-да, у тебя вообще с головой беда или ты просто от страха не соображаешь? С какого хера я им отдавать что-то буду? Рвутся сюда вот и пусть разбираются с транзитом и шировым, с меня спрос нулевой, я этого не делал и мы ничего отдавать не будем, ты, Серег, это помни когда на колени перед ними бахнешься и начнешь отсасывать, я тебе от всей души этот совет даю. Вот прямо хорошо запомни, на одной планете живем как-никак. — Пару секунд тишины и громкое, — Яна!
На негнущихся ногах поднялась и, подождав несколько мгновений, типа только что подошла, повернула ручку.
— Сейчас уеду, через час приедет Аслан. — Он с непроницаемым лицом смотрел в окно. — Про то, что ты должна слушаться Аслана и людей, которые тебя встретят говорить не буду. Вещи собрала? — не дождался ответа, перевел взгляд от окна на экран телефона снова набирая чей-то номер, — а чего стоишь? По минимум шмотья бери."
"Он ушел из дома даже не заглянув в спальню, где я вообще мало что соображая собирала рюкзак.
А потом гасила дерьмо внутри его недопитым виски и ждала Аслана, сидя на полу в окружении Доминика и Рима, положивших морды на мои вытянутые ноги и тревожно на меня косившихся.
Доминик и Рим. Доминикана и Италия. Почему-то фыркнула и снова пригубила, не чувствуя как горло и пищевод сжигает к чертям.
Аслан приехал, сидел на пассажирском, за рулем незнакомый мужик. Салон протравлен сигаретным дымом, внесла в это свою лепту. Дорога в аэропорт в напряженной тишине.
Эмин был там. Машина припаркована прямо у входа. Много машин. Аслан, забрав мой рюкзак и свою сумку, вошел в здание.
Я прижималась к Эмину у дверей, считая удары своего сердца, и сдерживая режущий изнутри все всхлип. Он курил, положив подбородок мне на макушку и молчал. Секунды таяли. Душа в ужасе, разум в оцепенении. В ночном морозном воздухе сигаретный дым. Вокруг его машины и люди.
— Пора. — Его негромкий ровный голос, мягко отстраняет меня и приподнимает пальцем подбородок, глядя в глаза. — Твой телефон. Сейчас. — Прикусила губу, выуживая из кармана трубку и вкладывая в его прохладную ладонь, пальцы сжали подбородок сильнее, взгляд темнее.
— Я позвоню. От Аслана не отходи дальше метра и что бы он тебе не сказал, даже если это будет казаться дикостью, молча и без вопросов все делаешь. — Я кивнула, его пальцы разжались. Я отвела взгляд и сдерживалась из последних сил. — Иди.
Сглотнула, прикрывая глаза и чувствуя как щеки холодят предательские слезы. Зло утерла, и твердо посмотрела ему в глаза.
— Ты мне поклялся.
