Ага, да. Прямо вот все мысли о том, как бы кишочек набить, на экскурсию смотаться, жопу на пляже погреть. Отпуск же!
Аслан сидел в гостиной и я замечала, что я часто туда возвращалась, хотя шаталась по всему дому. Внутри нарастало напряжение. И приблизило меня к пику, к срыву, когда я сидела в кресле в гостиной недалеко от Аслана откинувшегося на спинку дивана все так же роящегося в телефоне и приехала еще, сука, охрана.
Двое. Зрелый лысый мужчина славянской внешности и поджарый блондин лет тридцати.
Остановились перед сидящим на диване Асланом. Блондин всего лишь на секунду дольше допустимого задержал взгляд на мне, когда Аслан, не поднимая глаз от экрана негромко поинтересовался:
— Глаза запасные есть?
Я фыркнула и покачала головой, глубоко затягиваясь и наблюдая за блондином, тут же сделавшими непроницаемое лицо и уставившегося исключительно на Аслана.
Душно. Душно в прохладе гостиной, душно внутри, когда он начал их инструктировать. Сколько раз обходить территорию, с каким интервалом, когда и как докладывать.
Каждое слово душило, каждое слово сильнее сдавливало удавку на шее. И когда они ушли, мне уже нечем было дышать в этом доме.
— Аслан, я не могу здесь сидеть. — Твердо сказала я, излишне сильно тыкая недокуренной сигаретой в пепельницу на подлокотнике. Раздражение. Привычная реакция на страх. На дикий животный ужас, воющий внутри.
— Здесь собственный пляж. Можем сходить, Яна Алексеевна. — Предложил он, что-то быстро печатая.
— У Эмина все нор… — проглотила формулировку и выдыхая остатки дыма в сторону приоткрытой двери, усмехнулась. Асаев прекрасный учитель. Поправилась, — он не звонил?
— Пока нет. — Аслан устало метнул на меня одобрительный взгляд и кивнул в сторону выхода на террасу. — Пойдемте.
Пошли. Выход к Карибскому морю, песчаный ухоженный пляж, отблески заката в глади воды, в шуме волн ласкающих белый песок. Остановилась в метре от водяной слегка пенящейся кромки.
Я никогда ничего подобного не видела. Это действительно очень красиво.
И меня передернуло.
Потому что причина этого — пиздец у Эмина. Такой лютый пиздец, что он с людьми ждал у аэропорта. Охранял. Пока не улечу. Прислал еще людей. Вот это цена для этого красивейшего пейзажа, шикарной виллы и запаха моря, лета, цветов, стука пластика безлимитных карт положенных Асланом на стекло журнального столика в гостиной.
