— Оступился один раз и за это уже отсидел. Теперь я снова полноценный член общества.
— Наебывавший обе стороны. — Хохотнув, дополнил Эмин с иронией посмотрев в темные глаза Влада."
"— Просто Каша тупой был, с ним каши не сваришь. — Тот удрученно покачал головой, отнял трубку от уха раздраженно посмотрев на экран, отменил вызов и набрал другой номер. — Пару книжек «Бандитский Петербург» прочитал и решил сплагиатить. Тупой был, говорю же.
— Тупой…. — Усмехнувшись покачал головой Асаев, расслабленнее разваливаясь на диване.
— Это ты ему еще комплимент сделал.
— Вообще безнадега? — Влад отнял трубку от ухо зло глядя на экран и набрал следующий номер.
— Я удивлен, что он так долго продержался. Наши бы сожрали его за сутки, если не меньше. Предварительно заставив книжки в задницу себе засунуть и раза три там провернуть.
— Провинция, хули. — Хохотнул Казаков, с сарказмом посмотрев на рассмеявшегося Эмина. — Рус, ты хули так долго трубку не берешь, тебе ее к уху прибить, что ли, блядь. Пусть Вано отмотает часть для Асаевских на завтра, а ты прощелкай когда этот ублюдок, который мне мозг две недели компостирует решит припереться со своими ребятишками.
Нет, то что завтра это я помню, мне по времени надо. Да. Чтоб не встретились, да. Все, давай. — Отключив звонок, Казаков отложил телефон на край стола и вяло поморщился, когда Эмин кивнул на колоду. — Нет, я два дня не спал, голова туго варит. Как время узнаем о визите царька, я тебе сообщу.
— Уговорились. — Устало зевнул Эмин, прикрывая рот кулаком и бросив взгляд на наручные часы стал подниматься из-за стола.
— Ты как, уже полностью обустроился здесь? — Казаков жестом попросил его задержаться и разлил в бокалы остатки виски.
— Почти. — Эмин снова зевнул, падая назад и принимая пододвинутый бокал. — У вас вообще такая себе кунсткамера оказалась, но ничего, мне нравится. Я люблю шакальи бои. Эта шваль сопротивляется еще, хотя и стучат друг на друга ну просто безбожно. Неудивительно, что Каша так скучно слился, псарня у вас тут только из дворняг.
Никого ценного нет, своих тянуть пришлось.
— Ты бы с ними поосторожней, Эмин. Зверье здесь лютое вообще. — Влад со значением посмотрел в глаза Эмина и стукнул своим бокалом о его в негласном тосте.
— Я всегда осторожен. — Хмыкнул Эмин, прежде чем опрокинуть в себя виски и снова подняться.
— Я тоже так говорил. А потом три года чалился. — Хохотнул Влад, тоже поднимаясь из-за стола и устало проводя рукой по лицу.
* * *— Степаныч.
