Папа с прицепом

Мы с Орловым подумали, раз кишки у тебя целые, почему же витамины есть нельзя? Все равно ведь лежишь. Вот и лопай!

Гуров смотрел на старого друга, как тот выкладывает на столик у стены яблоки, груши, бананы, попутно рассказывая о содержании витаминов и микроэлементов в каждом из них. Потом Стас замолчал, повернулся и удивленно уставился на него:

– Ты чего?

– Да просто ты как-то странно сегодня выглядишь, – хмыкнул Лев. – Может, ты еще и испугался за меня?

– Эх! – Крячко подошел к кровати и уселся на стул, сцепив пальцы на колене.

 – Знал бы ты, как всех перепугал этим своим подвигом. Орлов чуть было совещание не прервал, бросился ехать к тебе. Еле уговорил его, успокоил. Хотя, честно говоря, я и сам испугался. Вот скажи, как тебя можно одного отпускать?

– Я был не один, – отмахнулся Гуров. – И вообще, Стас, кончай панику наводить. Ну с кем не бывает. Ты лучше вот что скажи. Помнишь, у нас пару месяцев назад в ориентировках прошла информация? Молодой мошенник завел шуры-муры со взрослой женщиной, обокрал ее и скрылся.

"

"– Ну? – Крячко нахмурил лоб, пытаясь вспомнить. – Мало ли таких лоботрясов. Случай не единичный и, заметь, в истории человечества очень даже распространенный. Зрелые одинокие женщины падки до молодых «аполлонов», а «аполлоны» до женских денег. Помнится, в специальной литературе это называется «альфонс».

– Боже, какие познания! Подожди, не отвлекай меня, – перебил Гуров напарника. – Там в ориентировке была информация, что преступник имел на руке, вот тут, на внутренней стороне предплечья чуть пониже локтя, татуировку.

Насколько я помню по описанию, там сказано, что это крылатый змей, кусающий себя за хвост. Или что-то в этом роде.

– А зачем тебе это?

– У того парня, что ударил меня ножом, именно на этом месте такая же татуировка. По крайней мере, она подходит под описание. Я когда ему руки крутил, мельком видел. А потом, уже лежа здесь, вспомнил ориентировку.

– Хорошо, я уточню, – пожал плечами Стас. – Думаешь, надоело этому типу в постели деньги зарабатывать, решил грабежами промышлять? Или аппетиты выросли, мало стали подавать на сексуальном фронте? Где этот парень, которого вчера задержали? В каком отделении?

– В Сходненском.

– Знаешь, Лева, – с сомнением покачал головой Крячко, – немного не вяжется. Тебе твой опыт не подсказывает, что так резко свое криминальное амплуа блатные не меняют? У кого к чему душа лежит, какая склонность преобладает, что лучше получается, тем и промышляют.