Папа с прицепом

Я, между прочим, половину работы за нас двоих сделал. Такой компромат на Мухамбетова нарыл, что теперь он запоет как миленький."

"– Вот и начни с компромата, а не трать время на описание жизненных перипетий его арендодателя.

– И что ты за человек, Гуров! Тебе бы только ворчать да подгонять людей. Сам, небось, впустую вечер потратил, вот и срываешь зло на напарнике, – не удержался от выговора Крячко, но к сути дела перешел: – Значит, так: элитным квартиросъемщиком Мухамбетов у Сазонова стал не за свою щедрость, а совсем по другой причине.

Саму причину, признаюсь сразу, не выяснил, но что таковая имеется и пахнет не совсем законно, без сомнений.

– Давай-ка с этого места поподробнее, – потребовал Гуров. – А то воды налил и никакой конкретики.

– Так а я с чего начал? – возмутился Стас. – Поэтому и зашел издалека, чтобы понятно было. В общем, или слушай всю историю, или хотя бы не перебивай.

Он утянул Гурова на скамейку, проследил взглядом за таксистом, который понял, что пассажирами в этом дворе не разживется, и отчалил, и начал рассказывать.

История Светланы заключалась в следующем: несколько лет назад ее гражданский муж, Алексей Сазонов, приехал домой в убийственном состоянии. Мало того, что одежда вся в грязи и в крови, так еще и спиртным от него разило, как от винной бочки. Только опьянения видно не было. Светлана не отличалась кротким нравом и, вместо того чтобы посочувствовать мужу, принялась орать на него. Приплела все: и испорченный гардероб, и заразу, которую муж на себе в приличный дом приволок, и задравшие загулы, коих в последнее время и правда стало слишком много.

Обычно Сазонов на ее ругань не реагировал. Знал: погрохочет жена, пар выпустит, и все устаканится. Ужином накормит, одежду отстирает, самого отмоет и спать уложит. Да еще и в интимной близости не откажет, лишь бы у мужа желание возникло. За это и ценил ее Сазонов, хозяйкой Светлана была отменной.

Но на этот раз ее крики вызвали совершенно иную реакцию.

Сазонов взбеленился, начал кричать в ответ. Даже обозвал Светлану, чего прежде за ним никогда не наблюдалось. Светлана от такой метаморфозы опешила, а муж закрылся в ванной и два часа оттуда не выходил. Она подойдет к двери, послушает, как вода журчит, и отойдет. Постучать и спросить, что стряслось, после выходки Сазонова не решилась, мало ли на какую грубость снова нарвешься. Уж кому-кому, а ей известно, как легко под горячую руку попасть.