Папа за триста дней

Похрустела еще огурчиком, но, поразмыслив, опять отрицательно качнула головой:

- Нет. Так дело не пойдет. Васильевна мне уже все уши прожужжала о том, что у нее нет урожая! Дождь ведь в последний раз был еще в апреле.

- Как что? Наконец он намечается, а мы возьмем и его отменим? А как же рассада? Вон... - шмыгнула носом, - у меня перцы тоже никак не примутся.

Едва она это произнесла, как загремел гром. И тут же, будто по команде, в

маленькое окошко кладовой забарабанили крупные капли.

- Тогда, может, он сейчас весь выльется? До вечера ведь еще полным-полно времени.

Алена почему-то решила, что свадьбы должна пройти на закате. Потому, собственно, они и использовали в декоре гирлянды и свечи.

- Ты правда так думаешь?

В конце концов, на крайняк, всегда можно разогнать тучи так, чтобы об этом никто не узнал. Чего не сделаешь ради любимой женщины!

Но к счастью. в дела природы вмешиваться не пришлось. И когда солнце опустилось боком в реку, небо было таким же ясным, как Аленкины глаза. Одной единственной скрипке, на которой играл подопечный из интерната, аккомпанировал тихий плеск воды и их голоса.

Легкий ветерок заставлял трепетать пламя свечей. Чем сильнее сгущались сумерки, тем ярче казались развешанные на деревьях гирлянды. Все было идеально... «Беру тебя в жены...» Ничего нового. Тут просто нечего добавить.

А когда клятвы отзвучали, когда они во второй раз обменялись кольцами и поцеловались, ставшая такой непривычной тишина взорвалась хором голосом. Мама, братья, невестки, дети.

Поздравления со всех сторон. Смех. Вопли самых младших, только-только родившихся орлят... Чуть тише себя вели подопечные интерната. А принарядившиеся бомжи и вовсе мялись в стороне. Артем не сомневался, что те слиняют при первой же возможности. Но вовсе не потому, что не уважают их, просто им очень сложно в обществе. У этих товарищей впереди долгий путь адаптации. Артем доподлинно не знал, насколько успешным он будет, да только пример Лупатого и Джима Бима его вдохновлял. Кому расскажи — не поверят, но Роза Эммануиловна таки устроила этих двух в хорошие руки. Да и Олигарх, опустившись на самое дно, вернулся к привычной жизни...

- Хорошо! — выдохнул Артем, наблюдая за сбившимися в стайку женщинами. За мамой, женой. невестками. дочками и племянницами.

- Хорошо! — кивнул Ринат.

- Замечательно, - согласился Миша, - а когда уложим детей, станет вообще

- Эх ты! Слабачок! Дети — это же счастье, — оскалился Ринат.

- Бесспорно.