Пара для дракона, или просто будь пламенем

 — Может, я и был совершенно отвратительным дедом, но неужели я настолько же плох в качестве учителя? Я вижу, ты нашла мне замену в лице мертвеца и иномирца, но сама же должна понимать: они с тобой, пока им это выгодно.

— А вы? — покривила губы Ири.

— А я принимал много непростых решений. И, возможно, не всегда они оборачивались добром. Но ты остаёшься моей внучкой, и только сегодня я — здесь. Что тревожит тебя?

Ири вздохнула и сдалась.

— Сегодня я должна предстать перед жителями Чу, как вы знаете, — сказала она.

 — И от того, насколько убедительна я буду, зависят масштабы грядущих неприятностей.

— Резонно, — кивнул Старейшина. — Тебе следует задавить волнения на корню. И в чём же твой вопрос?

— Я не знаю, кем перед ними предстать, — сказала она устало. — Я не могу быть с ними честной, и не знаю, какую маску избрать.

— Честность… — хмыкнул старый дракон. — Честность — вещь очень относительная. Казалось бы, так обожаемая господином Осом грамота Неба гласит, что объективная правда одна. Но там же написано, что существует множество субъективных правд…

— … Каждая из которых — невольная ложь, да-да, — поморщилась Ири.

 — Потому все мы — лжецы, ибо никто из разумных не может быть до конца объективен. Не поспоришь, такое мировоззрение очень упрощает жизнь!

— Я не это имел в виду, — спокойно сказал Старейшина. — Всего лишь говорю, что ты в любом случае им солжёшь, что бы ни сказала. Потому тебе стоит быть честной в первую очередь перед самой собой. Сказать свою правду.

— Существует много способов играть во власть, — заметил дедушка с опасной усмешкой.

 — Быть текучим и всепроникающим, как вода, быть ядовитым, как обманчиво-прекрасный цветок, быть жестоким, как зверь, быть педантичным и точным, как весы, быть коварным, острым и обманчивым, как тонкий весенний лёд или плавучий айсберг… В этом нельзя солгать: каждый выбирает маску по себе. И знаешь, для драконов нашего дома тут путь один. Ты спросила, кем тебе предстать перед ними? Просто будь пламенем.

Ири ошеломлённо смотрела на дедушку.

Тот усмехнулся.

— Наша беда, — сказал он. — Мы не умеем драться за то, во что не верим. Мы не умеем подчиняться тем, кого не уважаем. Мы не умеем быть теми, кем не являемся. Да, зачастую наши жизни полны страстей, ошибок, ссор, драк, спорных решений. Таковы мы, драконы алого пламени: гореть, рваться вперёд, драться за свою правду до последнего, чего бы оно ни стоило. Для нас именно это значит — быть драконом. И жить.

Ири настороженно прищурилась.